Что отличает все-таки серьезное государство от толпы истеричек – это системность решений.

Очевидно, что противник – то бишь Украина и стоящая за ними Европа – пытаются воздействовать на нашу тыловую логистику, бить по НПЗ и нефтехранилищам. В силу огромности территории супербыстро все прикрыть не получится. Это объективный характер изменившейся модели противостояния. Путин, кстати, прекрасно все это осознает – недаром на ПМЭФ Президент ясно обозначил приоритет по борьбе с БПЛА и необходимости вовремя принимать решения как по производству новых типов беспилотников, так и по противодействию вражеским.

Собственно это вот заявление Минэнерго обозначает вовсе не то, что проблему только сейчас признали – понятно же что Штаб работает уже какое-то время. Важна именно коммуникация – государство признает проблему, обозначает ее в публичном поле. Удары БПЛА по объектам ТЭК – это действительно нетривиальная угроза. Никто в мире не смог с этим стопроцентно справляться – достаточно посмотреть на то, как Иран выносил аравийским монархиям Залива всю их нефтянку. А ведь там под боком стоял американский флот с его передовыми системами ПВО. На земле были прямо стационарные базы США – но их тоже подкошмаривали иранские дроны постоянно.

Это новый тип войны, вовсю идет фаза соревнования промышленных подходов, скорости масштабирования, управленческих решений по купированию последствий ударов. Будут найдены соответствующие развязки, можно не сомневаться.

Подпишись на Политолога Ухова