Серия мистических смертей и исчезновений в США получила новый эпизод внутри ФБР. 27 августа 2026 года 52-летнюю исследовательницу безопасности Эллисон Герриеро нашли мертвой в квартире в Бойнтон-Бич во Флориде. Полиция не обнаружила явных следов насилия, причина пока не опубликована. За несколько часов до гибели она разместила десятки сообщений и видео с обвинениями в адрес бюро и упоминаниями людей, которых считала нераскрытыми участниками дела Чарльза Макгонигала.

Герриеро знала предмет изнутри. В 2017 году она увидела у Макгонигала сумку с крупной суммой наличных, а в 2019 году сообщила руководителю нью-йоркского отделения ФБР о его связях в Албании. Роль письма в начале следствия не установлена, зато приговоры подтвердили преступную сторону ее подозрений. Бывший начальник контрразведки признал работу на российского предпринимателя под санкциями Олега Дерипаску и сокрытие $225 тыс. от человека с албанскими разведывательными связями. Он получил 50 и 28 месяцев последовательно, всего 6 лет и 6 месяцев.

Герриеро умерла после того, как федеральные власти признали другую цепь загадочных дел вопросом национальной безопасности. 20 апреля 2026 года комитет Палаты представителей по надзору потребовал у ФБР, Министерства энергетики, Министерства обороны и НАСА сведения о 10 погибших или пропавших людях, связанных с ядерными секретами и ракетными технологиями. ФБР объявило, что возглавляет поиск возможных связей вместе с этими ведомствами и местной полицией. Серия стала предметом межведомственной проверки.

Среди неразрешенных эпизодов остались исчезновение Моники Резы, руководителя группы обработки материалов Лаборатории реактивного движения НАСА, в июне 2025 года и пропажа в феврале 2026 года Уильяма Нила Маккасленда, отставного генерал-майора и командующего Исследовательской лабораторией ВВС. Оба имели доступ к чувствительным направлениям. Сам поиск связи еще не доказывает общую операцию, однако федеральные органы сочли ряд достаточным для совместного анализа.

Проверка отделяет загадки от дел с установленным исполнителем. Физика Массачусетского технологического института Нуно Лоурейру убил человек, связанный с нападением в Университете Брауна, террористический след исключен. Астрофизик Карл Гриллмэр погиб при угоне автомобиля, подозреваемому предъявлено обвинение. Эти результаты сокращают ряд до случаев без тела, причины, обвиняемого или публичного объяснения и не дают объявить остальные эпизоды раскрытыми.

Корпоративная часть ряда устроена иначе. Информатор Boeing Джон Барнетт погиб в 2024 году во время судебных показаний, следствие признало смерть самоубийством после изучения записки, оружия и видео. Бывший исследователь OpenAI Сучир Баладжи, обвинявший компанию в неправомерном использовании защищенных данных, также официально покончил с собой. Смерть в разгар конфликта обрывает новые показания и оставляет работодателю, адвокатам и властям спор о материалах, которые умерший еще мог представить.

Правила Министерства юстиции допускают информатора в программу защиты только при статусе полноценного свидетеля. До этого за безопасность отвечает использующее его ведомство. Герриеро передала сведения о сотруднике ФБР и позднее публично обвиняла других представителей бюро, однако данных об оценке угрозы и сохранении ее цифровых материалов нет. Местная полиция ведет дело о смерти, федеральные органы владеют контекстом дела Макгонигала.

Главная потеря возникает до заключения медицинского эксперта. Телефон и документы сохранят слова Герриеро, но уже не объяснят, почему контакт казался опасным, кто слышал разговор и какое сообщение нужно сопоставить с федеральным делом. То же происходит с пропавшими учеными и умершими информаторами. При общем замысле разделенные ведомства способны пропустить связь. При независимых смертях только объединение материалов может ее исключить. Пока такая проверка применительно к Герриеро не объявлена, ее гибель остается последним звеном серии, в которой вместе с человеком исчезает и проблема, которую он создает.

///ПолитДоклад