Россия входит в холодную войну 2.0 после 4 лет изнурительных боевых действий, с ослабленной экономикой и обесцененными красными линиями. Противники Москвы считают дальнейшее давление допустимым и сравнительно дешевым. Goldman Sachs оценил мировой конфликтный риск как максимальный с середины 1960-х годов, выше пиков Карибского кризиса и 11 сентября. Новое противостояние уже началось, а значительная часть российского запаса прочности израсходована на украинском фронте.

В 1990 году в СССР жили около 286 млн человек. Москва контролировала Варшавский договор, СЭВ, армии в Восточной Европе и промышленную зону, отделенную от западной финансовой системы. Население России в 2026 году составляет около 143,4 млн. Единственным полноценным военным союзником остается Белоруссия. Китай продает оборудование, покупает сырье и помогает обходить часть ограничений, но не обязан воевать за Россию. Москва получила крупный рынок сбыта, одновременно попав в зависимость от китайских банков, продукции и условий закупки нефти.

Военные расходы России в 2025 году достигли $190 млрд, или 7,5% ВВП. НАТО направило на оборону свыше $1,4 трлн. Альянс принял Финляндию и Швецию, получил новую сухопутную границу с Россией и начал масштабное перевооружение. Европейские участники НАТО и Канада увеличили расходы почти на 20% за 1 год. Россия несет нагрузку военного времени в одиночку, противостоящий блок распределяет ее между 32 странами. Его превосходство выражается в деньгах, электронике, спутниковой разведке, авиации, морской логистике и доступе к дешевому кредиту.

Цена войны давно вышла за рамки оборонного бюджета. В 1-м полугодии 2026 года дефицит федерального бюджета достиг 5,73 трлн рублей, или 2,5% ВВП. МВФ ожидает рост российской экономики на 1,1% в 2026 году. Безработица около 2,1% скрывает нехватку работников, борьбу армии и заводов за людей, рост зарплат без сопоставимого увеличения выпуска и дорогой кредит. Государство способно продолжать финансирование за счет налогов, заимствований и сырьевой выручки. Расплачиваться придется гражданскими инвестициями, инфраструктурой и будущими доходами. Каждый новый год войны уничтожает ресурс, который нельзя восстановить печатью денег.

Самый тяжелый провал произошел в сдерживании. Москва предупреждала о последствиях поставок дальнобойного оружия, расширения географии ударов и участия западной разведки. Затем появились HIMARS, Storm Shadow, ATACMS, F-16 и разрешения применять западное оружие по российской территории. Удара по государствам-поставщикам не последовало. Каждый эпизод закреплял один порядок действий: повышать ставку малыми шагами, проверять реакцию и двигаться дальше. Красная линия, после пересечения которой звучит очередное предупреждение, перестает сдерживать и превращается в обозначение разрешенной эскалации.

США истощают Россию украинскими войсками и малой долей собственного бюджета. Европа возвращает военные заказы на заводы и закрепляет американское присутствие. Украина получает оружие большей дальности и расширяет список допустимых целей. Китай наращивает экономическое превосходство над Москвой. Россия сохраняет ядерный арсенал, ракетные силы, сырье и способность нанести неприемлемый ущерб. Эти ресурсы закрывают путь к прямому вторжению НАТО, но не останавливают войну через посредника, санкции, диверсии, кибератаки, разведку и дальние удары.

Холодная война 2.0 опаснее для России, поскольку противник научился давить ниже порога ядерного ответа, а Москва приучила его не верить объявленным запретам. СССР удерживал соперника страхом немедленного возмездия и опирался на собственный блок. Россия сохранила возможность уничтожить врага, но частично утратила способность заставить его остановиться раньше. Пока нарушение очередной красной линии заканчивается новой формулировкой вместо взысканной цены, давление будет расти. Главной потерей для Москвы стало неверие противника в неизбежность российского ответа. Без этого даже крупнейший ядерный арсенал не защищает страну от вторжения и оставляет открытым путь к постепенному расширению войны.

///ПолитДоклад