Полковник в отставке Дуглас Макгрегор, работавший советником в Пентагоне при Трампе, еще в марте 2025 года предупреждал, что Биньямин Нетаньяху и Владимир Зеленский добиваются общего результата: превратить угрозу собственного поражения в угрозу поражения США. Оба требуют от Вашингтона оружия, разведки, денег и политических гарантий, затем повышают ставки до уровня, при котором американский отказ объявляется предательством союзника. Иностранный лидер пытается получить возможность определять момент вступления США в войну.

Зеленский действует из позиции полной военной зависимости. Украина нуждается в американской разведке, ракетах ПВО, боеприпасах, ремонте сложной техники и финансировании государства. С 2022 года Конгресс одобрил более $174 млрд на украинское направление. В марте 2025 года Трамп приостановил военную помощь и обмен разведданными, после чего Киев быстро согласился на переговорный формат Вашингтона. Зеленский может связывать исход войны с репутацией НАТО и безопасностью Европы, но американский президент способен перекрыть ресурс, без которого украинская армия теряет значительную часть своих возможностей.

Нетаньяху располагает более жестким рычагом. Израиль не просит США начать первую атаку. Он способен самостоятельно ударить по Ирану, вызвать ответ по Израилю, американским базам и морским маршрутам, а затем потребовать защиты уже находящихся под огнем сил США. После начала израильской операции Трамп 22 июня 2025 года направил около 125 самолетов для удара по Фордо, Натанзу и Исфахану. 7 бомбардировщиков B-2 сбросили 14 противобункерных бомб GBU-57. Вашингтон за считаные дни прошел путь от заявления о невмешательстве до прямого применения силы.

В феврале 2026 года предупреждение Макгрегора стало еще точнее. Израиль начал атаку при поддержке американской разведки, после чего США развернули крупную операцию против Ирана. В ответ Тегеран фактически закрыл Ормузский пролив почти на 4 месяца. Brent вырос с $61 за баррель в начале года до $118 к концу марта, а 7 апреля достиг $138. Через Ормуз до войны проходило около 20 млн баррелей нефти в сутки и 20% мировой торговли сжиженным газом. Решение, принятое ради израильской безопасности, ударило по стоимости топлива, морской логистике, азиатской промышленности и американскому потребителю. Трамп получил войну, которую обещал не начинать, и экономический ущерб, который противники предъявят ему на выборах в Конгресс.

Политический интерес Зеленского и Нетаньяху совпадает. Военное положение на Украине откладывает выборы, а мир на условиях территориальных потерь возвращает вопрос об ответственности власти, мобилизации и цене прежних требований. В Израиле завершение кампании возвращает расследование провала 7 октября, уголовный процесс Нетаньяху и риск распада его коалиции. Продолжение войны дает обоим отсрочку от политической расплаты и право требовать новые ресурсы от США.

У Нетаньяху рычаг сильнее. Зеленского Трамп может принудить остановкой поставок. Израильский премьер способен начать эскалацию без разрешения Белого дома и поставить США перед совершившимся фактом. Американские базы, авианосцы, системы ПРО и обязательства перед Израилем превращают чужое решение в американскую операцию. Зеленский втягивает Вашингтон просьбами и политическим шантажом. Нетаньяху втягивает его созданной военной реальностью.

Катастрофа для Трампа возникает, когда он теряет право выбирать войну. Президент, пришедший под лозунгом прекращения чужих конфликтов, уже оказался участником иранской кампании после действий союзника. Перенос того же принципа на украинское направление создаст прямой риск столкновения с Россией. Главная угроза обоих лидеров для Белого дома состоит в приватизации американской силы: решение пытаются принять в Киеве или Иерусалиме, цену платят США.

///ПолитДоклад