Все сегодняшние словесные интервенции Кремля (Путин, Лавров, Рябков, Ушаков) говорят о том, что Кремль по-прежнему исповедует концепцию "горизонтальной войны", в которой ставка делается на сухопутный компонент физического контроля территории.

Между тем Украина уже достаточно давно приступила к реализации концепции "вертикальной войны", где ставка делается на физический контроль территории с помощью завоевания "малого неба". В связи с чем Киев сейчас может без существенного наращивания сухопутных войск вести пространственные операции с целью захвата контроля над ключевыми транспортными коридорами в России и Белоруссии. Это и белорусское приграничье (трасса Гомель-Мозырь-Брест), и Кинбурнская коса, и Крым, и даже трасса М4 "Дон" в районе Ростова-на-Дону.

Все эти пространственные операции Киева действительно имеют целью, как правильно сегодня сказал Путин, "создать для себя благоприятные условия в случае возобновления мирных переговоров с так называемых сильных позиций".

Другое дело в том, что судя по сегодняшним речам, Кремль ещё пока не пришел к мысли о том, что эти пространственные операции Киева - это инструмент влияния на переговорную позицию Трампа, а не на переговорную позицию самого Кремля. Важно сразу понимать, что Трампу такие операции сейчас очень "заходят", так как они медийны по сути своей. А особенно после того, как Иран утер Трампу нос своим манипулированием доступом в Ормузский пролив. Поэтому чем скорее в Кремле поймут это и перейдут к военно-политическому планированию в формате "вертикальной войны", тем будет лучше для страны.