История про то, как ФСБ с использованием израильского Cellebrite вскрыла изъятый у меня телефон, хорошо разошлась по СМИ. И это очень круто.

Спасибо большое, что пишете, и отдельное спасибо Access Now, Citizen Lab и «Первому отделу», что раскопали и верифицировали все детали.

Об этой истории надо говорить. Потому что после моего дела 2021 года программу продолжают использовать. И не тайком, а вот прямо официально: эксперты ФСБ, к которым обращаются следователи.

Остановить это вполне возможно. В письме Cellebrite я написал, что механизм для этого есть, помимо того чтобы просто не продавать своё ПО недемократическим режимам. При каждом случае использования их технологии для разблокировки устройства и копирования его содержимого на телефоне оставался уникальный цифровой отпечаток, однозначно идентифицирующий клиента, который применил эту технологию.

Знаю, что правозащитникам Cellebrite пишет достаточно формальные отписки. Но мои претензии вполне обоснованы: для доказательства «продолжения преступной деятельности по руководству нежелательной организацией» следователь использовал именно информацию, полученную из телефона.
Мы все понимаем про правосудие в РФ. Но на формальный ответ есть и формальная претензия.

Для привлечения внимания приложу фото начальника погранперехода Россия - Грузия, что обыскивал меня за пару недель до ареста. Уверен, он был бы рад новым продуктам от Селебрайт.