Уровень рождаемости в Китае достиг самого низкого уровня с 1949 года — FORTUNE

Китай — всё. КНР проходит пик своего экономического доминирования в мире. Демографический вопрос уже догнал это государство, и уже в очень близком будущем, на горизонте десятилетия, мы увидим резкое замедление темпов экономического развития, а затем впадение в состояние «зомби».

Во второй половине века Великий Китай «сдуется» и превратится в большую черную дыру мировой экономики с постаревшим населением, невозможностью содержать избыточную и ветшающую инфраструктуру, экстремально высокими налогами, огромной долей пенсионеров и стагнирующим спросом.

За «бомбу замедленного действия» под великой империей китайцы должны быть благодарны великому лидеру — автору экономического чуда последних десятилетий Дэн Сяопину. В 1979 году при его лидерстве была введена жесткая демографическая программа — «одна семья — один ребенок». И прямо сейчас, спустя полвека, последствия этой программы догоняют КНР.

Без программы «один ребенок» демографический переход в КНР все равно бы произошел, но он был бы не таким жестким. А у КНР появилось бы пара-тройка дополнительных десятилетий для решения своего главного вызова — низкого уровня рождаемости и быстро стареющего населения.

Впрочем, «серебряной пули», решающей этот вопрос сегодня, в мире нет. Есть способ США и Европы — «все флаги в гости будут к нам», однако такой путь резко снижает качество человеческого капитала (уровень образования, скиллов, социального устройства) и порождает общественные конфликты. Да и масштабы проблем в Китае — сотни миллионов человек. Такому числу мигрантов просто негде взяться.

В общем, КНР с опозданием на 30–40 лет идет по историко-экономической траектории движения Японии. Только со своим специфическим китайским колоритом.
Главное отличие Китая от Японии в том, что последняя — унитарное государство с титульной нацией. Китай — империя, включающая 56 наций, основной из которых являются ханцы. Официальная социология КНР говорит, что 90% населения — это ханцы. Однако поставь южного ханца рядом с северным: эти два представителя одной нации даже не смогут поговорить на одном официальном языке (мандарине), так как произношение одних и тех же иероглифов будет сильно отличаться. То есть эти люди будут говорить на двух разных официальных китайских диалектах.

И, конечно, по мере обнищания КНР национальные вопросы начнут обостряться, центральная власть — слабеть, а число внутренних общественных конфликтов — множиться. Да и в целом, исторически любимая забава китайцев — это смуты и гражданские войны, которые в стране могут длиться десятилетиями. Поэтому наблюдаем за тем, как Великая китайская империя начинает рушиться. И в таких условиях до войны США за Тайвань дело может даже не дойти.