За семнадцать лет связи Науру с Сухумом и Цхинвалом не получили серьёзного продолжения. Не возникло заметной торговли, инвестиций, транспортного сообщения или постоянных совместных проектов. Контакты ограничивались визитами, официальными поздравлениями, участием делегаций в мероприятиях и наблюдением за выборами.
Позиция Науру изменилась вместе с внешними приоритетами страны. Главным донором и партнёром островного государства остаётся Австралия, которая финансирует бюджет, полицию, банковскую систему, телекоммуникации и безопасность. В 2024 году Науру также восстановило дипломатические отношения с Китаем и поддержало принцип «одного Китая».
Учитывалась и позиция США. Американское законодательство ограничивает помощь правительствам, признающим Абхазию и Южную Осетию вне рамок территориальной целостности Грузии. Для небольшой страны, зависящей от внешнего финансирования, сохранение решения 2009 года создавало лишние ограничения.
Для Грузии это заметный дипломатический результат. В Тихоокеанском регионе больше не осталось стран, признающих Абхазию и Южную Осетию. Тбилиси также получил подтверждение, что решения о признании могут быть пересмотрены даже спустя много лет.
Для «Грузинской мечты» новость появилась в подходящий момент. На фоне ухудшения отношений с Евросоюзом и США власти могут представить решение Науру как результат политики непризнания. При этом оно не приближает восстановление контроля над территориями и не создаёт новых механизмов урегулирования.
Для Абхазии потеря признания ощутимее, поскольку Сухум использовал отношения с Науру как подтверждение собственной внешней политики. Для Южной Осетии последствия скромнее: Цхинвал гораздо сильнее ориентирован на Россию и интеграцию с ней.
Для Москвы решение Науру не стало серьёзной потерей. Россия сохраняет военное, политическое и экономическое влияние в Абхазии и Южной Осетии. Позиция небольшого тихоокеанского государства не меняет положение на месте. Но кампания международное признания, начатая после 2008 года, так и не получила продолжения.
Науру не изменило баланс сил на Южном Кавказе. Оно лишь сократило и без того небольшой круг дипломатических партнёров Абхазии и Южной Осетии. Их положение по-прежнему зависит прежде всего от отношений с Россией и развития ситуации в самом регионе.
Евгения Горюшина (
@inmemorych), руководитель сектора кавказских исследований ИКСА РАН, к. полит. наук. (
@sektorgor)