Был такой юридический рычаг в борьбе между духовной и светской властью, как интердикт. Буквально с латыни это "запрещение". Если светский владыка вступал в борьбу с духовной властью, епископ запрещал в пределах подчинения враждебного князя (короля, феодала) все церковные службы. Народ лишался всех Богослужений. Покойники не отпевались, новорожденные не крестились, больные не соборовались и т.д. Долго народ такое терпеть не мог и князю угрожал реальный бунт. Так смирялись под руку епископа земные владыки.
В нашей истории даже преподобный Сергий ходил в Нижний Новгород по велению Митрополита "запирать церкви", чтобы смирился местный князь. Это работало.
Во вторник совершается память одного из новомучеников - священника Михаила Накарякова. Он служил в Пермском крае в ранние годы советской власти. Когда большевики взяли под стражу местного епископа - Андроника Пермского (непримиримого врага большевиков), епископ наложил на область интердикт. Храмы закрылись. Народ зароптал. За отказ служить вопреки приказу епископа священник Михаил и был убит красноармейцами. Но я хочу сказать вот что.
В начале 20-го века русский народ действительно не мог долго обйтись без храма и службы. Только вот новая атеистическая власть совсем не знала, что такое "смирение". За нелояльность в свой адрес она без смущения казнила кого хотела в любых количествах. И получилось, что не влать смирилась, а запуганный народ постепенно отвык от Церкви.
По сути это большевики наложили на народ длительный интердикт, продлившийся более полувека. В итоге выросли целые поколения, который привыкли жить без Церкви. Люди рождались и не крестились, приближались к порогу смерти и не исповедовались, отдавали Богу душу и ложились в землю без отпевания. Жили, естественно, не венчанными. И к этому, повторяю, привыкли. На сегодяншний день мы имеем уже другой народ. Не тот, который и пару недель без Церкви прожить не может, а тот, который всю жизнь может прожить (каким-то образом) без всякого участия в Таинствах.
Новая власть тогда стремилась вывести новую породу людей. У кое-что у нее получилось: была выведена странная порода людей, оглохших к звукам Небес. Чисто биологический человек получился, без привязки к такой необходимой для человека метафизике. Человек без стремления к Горнему миру.
Это надо учитывать пастырям. Если раньше работал принцип "Построй храм, а люди придут", то теперь просто наличие Храма еще не гарантирует его посещение. Людям надо вернуть любовь к Службе, тягу к Благодати, жажду молитвы. Иначе русские люди будут ходить в русском храме с глазами туриста и просто фотографироваться. То есть, вся наша нынешняя история, это история жизни после длительного интердикта, к которому привыкли, как к норме. Когда-то священник мог "обслуживать религиозные потребности населения", ибо этих потребностей было достаточно. Теперь же священник работает, как реаниматолог, оживляющий заново уснувший или умерший дух народа и влекующий его в естественную сферу духовной жизни. Задача должна быть ясно понята. Нельзя просто удивляться и спрашивать себя: Отчего это люди в храм не идут? Отбили людям тюремными сроками и прикладами все живое в душе, и заселили туда, сначала страх, а потом - духовное отупение. Надо преодолевать эту истинную беду усилиями духовного подвига и слезной молитвы.