​В 1266 году ордынский наместник в Крыму Уран-Тимур разрешает генуэзцам основать факторию в Каффе — разумеется, за солидный выкуп и с условием уплаты пошлин. Колония быстро разрасталась, и уже к 1298 году ею управлял собственный консул Паолино Дориа. Эта активная экспансия совпала с очередным обострением отношений с Венецией. Дело в том, что в 1291 году мамлюкский султан Аль-Ашраф Халиль штурмом взял Акру. С падением города Венеция лишилась своей главной экономической базы на востоке и оказалась отрезана от традиционных рынков. Пробиваться туда пришлось уже севернее, через Черное море.

К концу XIII века венецианцы прочно обосновываются в Трапезунде. Официальную грамоту (хрисовул) от местного императора они получат лишь в 1319 году, но доподлинно известно, что венецианцы присутствовали в империи как минимум с 1291 года, и хрисовул оформлялся уже под фактически существующую колонию. Но позиции Венеции в регионе всё еще оставались слабыми. Тогда, вступив в союз с Пизой, республика начала открытую войну против Генуи (1293–1299).

Война шла с переменным успехом, пока в 1298 году у острова Курцола в Адриатике не произошло решающее сражение. Генуэзская эскадра под командованием адмирала Ламбы Дориа буквально разгромила венецианский флот. Потери последних оказались катастрофическими: 65 кораблей, 9 тысяч убитых и около 7 тысяч взятых в плен. Кстати, среди пленников оказался и знаменитый путешественник Марко Поло. Командующий венецианским флотом Андреа Дандоло, не выдержав позора, покончил с собой (по легенде, разбив голову о мачту своего корабля). Весной 1299 года стороны встретились в Милане, и по мирному договору Венеция обязалась 30 лет не заходить в Черное море. Впрочем, достаточно быстро восстановив силы, венецианцы начали потихоньку нарушать взятые обязательства.

Одного Трапезунда было мало — Венеции требовалось закрепиться и в Северном Причерноморье. Крымское побережье уже заняли генуэзцы, поэтому венецианцы двинулись в Азовское море, где путем щедрых подношений ордынским ханам благополучно выторговали себе место в Азаке (Тане). Отмечу, что самой Орде присутствие венецианцев было выгодно как противовес усиливающемуся влиянию Генуи. Известно, что к 1322 году в Тане уже находился венецианский консул. А спустя 10 лет хан Узбек своим ярлыком официально закрепил эту территорию за республикой.

Справедливости ради отмечу, что перед лицом общей опасности итальянские купцы нередко забывали о вражде и объединялись. Как раз такой случай представился в 1343 году, когда в Тане знатный венецианец по имени Андреоло Чиврано в ходе ссоры зарезал ордынского чиновника Ходжу Омара. Хан Джанибек такой дерзости, естественно, не потерпел. Татары огнём прошлись почти по всем итальянским колониям. Купцам не оставалось ничего иного, кроме как дружно укрыться за неприступными стенами генуэзской Каффы, осада которой затянулась на целый год.

Впрочем, осада была условной. Движение по морю оставалось открытым, ведь у татар не имелось флота для полноценной блокады. Война била по карману самой Орде (и не только ей: в Византии, к примеру, возник дефицит зерна). Из-за огромных экономических потерь заинтересованная часть татарской элиты пролоббировала прекращение конфликта. Но смириться с такой обидной пощёчиной Джанибек не мог, и уже через год Каффа снова оказалась в кольце.

Новой кампанией руководил сам беклярбек Могул-Буга. И надо отдать татарам должное: на сей раз они подготовились куда основательнее, недооценкой соперника уже не пахло. Ордынцы испробовали всё: спустили на море около 30 кораблей (что, впрочем, мало помогло), захватили Чембало, ввели экономическое эмбарго. А затем в ордынском войске вспыхнула эпидемия чумы, охватившая тогда всю Азию.

Дальше следует хрестоматийная история о первом зафиксированном применении биологического оружия: чтобы распространить болезнь среди обороняющихся, татары с помощью катапульт забросали город зараженными трупами. В 1347 году осада Каффы по очевидным причинам была снята, а чуть позже Орда восстановила все торговые связи с итальянцами.

#nd_орда
#nd_черноеморе