“Я боюсь возвращаться к себе в роту, так как понимаю, что меня либо убьют, <...> либо просто будут издеваться надо мной и потом кинут без оружия где-то на передок”, — военнослужащий рассказал, что боится за свою жизнь.

Военнослужащий Руднев Евгений Анатолиевич, проходящий службу в подразделении “Шторм V” 33-го мотострелкового полка (в/ч 82717), сообщил, что после тяжелого ранения и пребывания в медроте решил уйти в СОЧ, так как должного лечения не получил, а после конфликта с командиром медроты получал угрозы.

В апреле 2024 года Евгений получил тяжелое ранение ноги, после чего проходил лечение долгое время. Поскольку лечение в госпитале не дало результатов, боец самостоятельно нашел врача и сообщил своему командованию, что ему необходимо дополнительное время для повторной операции на ноге и лечения. Евгению приказали вернуться в подразделение, на что боец уведомил, что у него нет денег, чтобы добраться в расположение. Через 5 дней мужчину насильно забрали, отвезли в Донецк и закрыли в помещении, где содержатся другие раненые бойцы. Через неделю Евгения перевезли в медроту.

“За мной прислали машину, запихнули меня в машину и отвезли в этот сарай, ВПД так называемое, где держат наших больных”

Со слов Евгения, в помещениях, где содержали раненых бойцов, были ужасные условия, военнослужащих не лечили, но большинство раненых стараются всеми способами там остаться, так как это позволяет избежать отправки на боевые задания.

“Потолок подпертый бревнами, чтоб он не упал. Там тоже не лечат, там невозможно лечить, так как людям нужны операции. Там просто они сидят, находятся. Когда зарплата приходит, с них собирают поборы любыми способами. Предлагают остаться, чтоб не ехали. В основном все стараются платить, чтобы просто лежать в медроте и не идти в штурм”

Евгений рассказал, что старшие в медроте — бывшие уголовники, которые часто за деньги предоставляют военнослужащим разные привилегии, к примеру разрешают пользоваться телефонами, что запрещено другим.

По словам Евгения, на собранные деньги командиры покупают себе дорогие машины, постоянно употребляют алкогольные и наркотические вещества.

“И я слышу разговор, что Лезгин и Патрон нашевелили 7 миллионов на карточку себе. Откуда они нашевелили я не знаю. Никто из них не ходит ни на БЗ, никуда. Просто сидят на этом сарае, катаются себе там, гуляют, в отпуска ходят как хотят, что-то употребляют”

Пока военнослужащего удерживали, его родные писали жалобы на командование медроты с требованием предоставить бойцу должное лечение. Узнав о жалобах родственников бойца, старшие медроты ночью построили всех раненых бойцов и начали проверку, сообщив, что именно из-за жалоб Евгения её проводят. У военнослужащих забрали телефоны и потребовали пароли к ним.

“Нас в 12 часов ночи выстроили на этом сарае <…>. Выстроили нас человек 30 с чем-то было, что-то под 40. Забрали у всех телефоны. Потребовали очень настойчиво коды от телефонов. В оконцовке, когда забрали все телефоны, выставили меня в круг и начали объяснять, что это из-за меня. То есть создают конфликтную ситуацию. Против меня настраивают отделение вот это все”

После построения военнослужащему начали поступать угрозы расправой от других бойцов, в свою очередь командиры начали следить за тем, чтобы Евгений не пользовался телефоном, проверяли его личные вещи. После этого случая мужчина решил уйти в СОЧ, так как боялся за свою жизнь.

Евгений отметил, что он до сих пор не получил денежной компенсации по ранению, а также не получил денежное довольствие за 5 месяцев службы.