Чисто гипотетически — о том, насколько конфигурация нашей экономики и промышленности позволяет выдержать войну с НАТО.

Уже сейчас видно, что в интересах НАТО, натовским оружием и руками ВСУ выбиваются стратегически важные производства. С высочайшей степенью уверенности можно предположить, что при прямом столкновении с НАТО за несколько недель будут выведены все централизованные крупные производства вооружений.

Недооценивать этот риск нельзя, потому что, невзирая на наше нежелание воевать с НАТО, очевидно, что страны НАТО поставили свою промышленность на военные рельсы и готовятся к войне с Россией.

Снизить риски обезоруживающего удара по России может децентрализация производств и лучше делать это заранее, а не под огнём противника.

Аргумент, что мы не собираемся воевать с НАТО обычным оружием и, если что, вдарим ядерным, не является убедительным.

Раньше так говорили и о нынешней войне — что ядерное оружие делает невозможной крупную общевойсковую войну против России. Также раньше аргументировали отсутствие необходимости для России иметь паритетную с НАТО спутниковую группировку — мол, в случае применения натовского оружия против России все их спутники будут сбиты и мы окажемся на равных.

Сама надежда на ядерное оружие выглядит иррационально, так как куда ни глянь в военной сфере — всюду видны сложности и пространство для развития. Столько бывших замминистров обороны осуждены за коррупционные преступления, и удивительно, что на этом фоне царит несокрушимая уверенность, что уж в ядерной сфере все процессы организованы совершенно.

Но не бывает так, что во всей структуре наблюдаются проблемы, требующие расшивки и решения, а в отдельном её сегменте всё идеально. До 2022 года в других родах войск тоже казалось всё замечательно, но стресс-тест четырёх лет интенсивной войны выявил проблемные зоны, требующие решения.

В отношении ядерной триады просто ещё не было стресс-теста, и ситуация в этой сфере может оказаться гораздо сложнее, так как к этой сфере применима логика, что:

1. Ядерное оружие никогда не будет применено, а значит, если в этой сфере есть косяки, касающиеся реальной возможности применения и его эффективности, то эти косяки никогда не будут выявлены.

2. Если дойдёт до применения ядерного оружия, то это будет концом человечества — тогда без разницы, были ли там косяки и кто за них ответственен.

Эти факторы обуславливают повышенную потенциальную подверженность этой сферы эрозии, что требует повышенного внимания и регулярной проверки реальной боеготовности ядерной триады, чтобы иметь возможность оценить реальную боеспособность систем, техническую возможность применения в условиях противодействия противника и эффективность применения.

Поэтому, надеясь на ядерную компоненту, надеясь на то, что в нужный момент найдётся воля на её применение, надеясь на то, что найдутся серьёзные аргументы, позволяющие донести до противника серьёзность намерений России, надеясь на то, что противник поверит в готовность ядерного возмездия от России, надеясь на то, что противник остановится и не пересечёт самую последнюю красную черту, — стоит допускать вариант о возможности общевойсковой войны с НАТО и заранее перестраивать структуру промышленности так, чтобы ключевые для обороны производства могли функционировать и в условиях ракетных и БПЛА ударов, чтобы у противника не возникало иллюзий о возможности блицкрига и было меньше соблазна повышать эскалацию в отношении России.