Коллеги точно ставят диагноз: система регулирует, потому что не понимает. Но у имитации есть вторая половина, без которой картина неполная. Верхи изображают управление, а низы в ответ изображают понимание, и только вдвоём они выбивают тот самый стук колёс. Регулирование редко спускается готовым сверху, чаще оно достраивается снизу, из страха перед невнятным сигналом.

Лучшее описание этого механизма написал Веллер 30 лет назад в своем рассказе «Самолёт». Сотрудники советского НИИ, отчаявшись продать своё изобретение, арендуют самолёт, и он зачем-то кружит над полями. Никто не знает зачем. И тогда председатель, чтобы не признаваться, что не понимает, выдаёт объяснение: это теперь с воздуха следят, как мы работаем. Включается народный телеграф, вспоминают раскулачивание, и поля начинают вкалывать. Производительность выросла. Только самолёт был вообще не про это, весь смысл люди додумали сами, потому что изобразить понимание безопаснее, чем признать, что никто не знает, на кой хер этот самолёт кружит над полями.

Курица, залетевшая в ветку следом за курортным сбором, это тот же самолёт. Система издаёт непонятный сигнал, а вертикаль вниз наперегонки сочиняет его логику и играет в соответствие: а справка есть, а как реагирует на послание президента, а не считывает ли она госмессенджер Макс. Абсурд рождается не в голове регулятора, он доращивается каждым звеном, которому страшно сказать «не знаю, зачем самолёт».

Отсюда и ответ на вопрос в названии нашего канала. Дальше то же самое, только сигнал сверху будет всё туманнее, а исполнение всё истовее: чем меньше система понимает, тем богаче обрастает ритуалами соответствия. Инструкцию, как это описать, писать не нужно, Веллер написал её в девяностых, называется «Самолёт». Перечитайте, там и про самолёт, и про курицу, и про нас.

@politnext