🔎 Веттинг для своих: почему очевидные несостыковки больше не проблема

Назначение нового генерального прокурора Александра Макидона должно было выглядеть как очередное подтверждение того, что система проверки кадров в юстиции работает без сбоев. Но вместо демонстрации прозрачности история быстро превратилась в спор о границах этой самой «проверки».

Комиссия по оценке прокуроров утвердила отчет, не дав жесткой оценки объяснениям происхождения 75 тысяч евро наличными. По версии Макидона, деньги якобы годами хранились в пакете за бочками с вином. Подтвердить эту сумму комиссия не смогла, но и на выводы это не повлияло — показатель просто «скорректировали» до 47,8 тысяч евро. На фоне вопросов о покупке недвижимости в Кишиневе за 34 тысячи евро и возможном занижении стоимости сделок комиссия ограничилась формулировкой о том, что нарушения «не доказаны».

Сам по себе этот кейс стал лишь еще одним эпизодом в длинной истории споров вокруг vetting-процедур. Власти продолжают называть ее главным инструментом очищения системы, однако вокруг решений комиссии регулярно вспыхивают конфликты, а их обоснованность уже не раз проверялась в судах.

Высшая судебная палата в ряде случаев отменяла решения pre-vetting, указывая на слабую мотивировку, неравный подход к кандидатам и спорную оценку доказательств. Некоторые дела возвращались на пересмотр, а отдельные кандидаты через суд добивались восстановления своих прав и пересмотра выводов комиссии.

В итоге складывается противоречивая картина: система, задуманная как жёсткий фильтр, на практике работает избирательно. Для одних любые несостыковки становятся поводом для жёстких выводов и отстранений, а для других даже более серьезные подозрения и нелепые отговорки не вызовут и долю сомнения.