Что происходит в Киеве и как к этому пришло

В происходящем вокруг Фёдорова и Сырского нет особой загадки. Перед нами обычная для украинской политики аппаратная борьба, в которой Сырский на данном этапе оказался сильнее.

Подобные решения для Зеленского характерны. Ранее он заменил Залужного на Сырского, пытался поставить под контроль НАБУ и САП, но после протестов и давления западных союзников был вынужден отступить. Долгое время рядом с ним оставались Миндич и Ермак, серьёзное влияние до сих пор имеет Татаров.

Наряду с отдельными удачными назначениями в системе сохраняется множество людей, не готовых проводить серьёзные реформы. Остаются вопросы к нелегальному игорному бизнесу, контрабанде, государственным закупкам и другим теневым потокам, бенефициары которых связаны с политической и военной верхушкой страны.

Фёдорова назначили в Министерство обороны в тяжёлой ситуации. После провала в энергетике Шмыгаля направили заниматься этим направлением, а освободившееся место занял Фёдоров. Зеленский фактически попытался закрыть две наиболее опасные управленческие проблемы.

Фёдоров энергично взялся за работу, собрал сильную команду и наладил прямую связь с производителями вооружений и военными на местах. После этого он начал пересматривать сложившуюся систему закупок.

Раньше значительная часть заявок проходила через Генштаб и связанных с ним командиров. Фёдоров стал сокращать закупки неэффективных образцов и направлять деньги на наиболее результативные средства поражения. Речь шла о контрактах на миллиарды долларов.

Это быстро дало военный результат, но одновременно ударило по интересам посредников и поставщиков, годами встроенных в оборонные закупки. У этих групп есть связи в Верховной раде, Генштабе и окружении Сырского. Они начали убеждать Зеленского, что действия Фёдорова угрожают обороноспособности страны.

Основным аргументом стала возможная новая мобилизация в России. Оппоненты Фёдорова утверждают, что он чрезмерно увлечён дронами, технологиями и цифровыми реформами, но недооценивает вероятность появления на фронте ещё сотен тысяч российских военнослужащих. В таком случае Украине, по их мнению, потребуется традиционная система массовой мобилизации и ведения войны.

Этот аргумент позволяет под видом заботы о фронте защищать старые управленческие и финансовые механизмы.

Есть и личный интерес Зеленского. Он предпочитает зависимых и предсказуемых руководителей, а независимые фигуры с высоким рейтингом воспринимает как угрозу.

В этом отношении Сырский для него удобен. Его рейтинг невысок, собственной политической базы нет, поэтому он вряд ли сможет претендовать на самостоятельную роль после войны. Залужный, напротив, стал слишком популярен.

По той же причине Зеленский вряд ли заинтересован в назначении главкомом таких фигур, как Билецкий или Драпатый. В случае успеха они могут превратиться в самостоятельных политиков с высоким рейтингом и собственной командой.

Тогда политическая карта Украины серьёзно изменится. Помимо Залужного, могут появиться Буданов, Фёдоров, успешный главком и другие представители нового военно-технологического класса. Эти люди уже не будут зависеть от Зеленского и смогут сами претендовать на власть.

Позиции потеряют не только президент и часть «Слуги народа», но также старый бизнес и группы, контролирующие теневые финансовые потоки.

Поэтому сопротивление реформам объясняется не одной коррупцией. Старая украинская элита понимает, что глубокая трансформация государства может привести к её политическому и экономическому уничтожению.

В этом состоит основной внутренний конфликт современной Украины. Для продолжения войны необходимо давать полномочия эффективным военным, управленцам и технологическим командам. Но чем успешнее становятся эти люди, тем большую угрозу они представляют для действующей политической системы.

Сырский и связанные со старой системой группы пока выиграли очередной аппаратный раунд. Но сам конфликт никуда не исчез и дальше может развиваться непредсказуемо.

@madam_secretar