Чан рассказал, как зарабатывает копеечку на проектах для внутреннего рынка Китая.

Пару месяцев назад мой друг Чан угощал меня настоящей китайской едой в дорогущем ресторане. Я плакал от остроты специй. Чан, как всегда, пялился в котировки акций на смартфоне и поддерживал беседу, монотонно отвечая «да-да» и «хорошо-хорошо» на любое моё высказывание.

На днях Чан пригласил меня в гости. Мол, квартиру купил, оформил, конечно, не на себя, но ты приезжай. Я вбил адрес в навигатор. Подъехал. Увидел элитный клубный дом. Взгрустнул из-за собственной судьбы. Ну ладно, может, у него там однокомнатная квартира. В подъезде испытал легкое чувство скованности: вокруг всё очень красивое, со вкусом и как-то стыдно ходить по вылизанному, полированному мрамору.

Поднялся на этаж, вошел в квартиру и сразу же увидел, что нет, совсем не однушка. Скорее, этаж. Пошел в уборную и занялся делом: достал телефон и начал тыкать стоимость квартир в доме. У хозяина-то спрашивать как-то не вежливо. Увидел что-то аналогичное по площади, но без ремонта. Продается за ахулиард. А у Чана ещё и ремонт дорогущий. Чего стоит один только унитаз, на котором я сижу.

Выйдя из уборной, подхожу к Чану и в лоб спрашиваю: кого мне нужно убить, чтобы стать его соседом? Как он, вообще, ещё недавно студент, маленький, тощий, 27 лет от роду, купил себе такую квартиру? Он же вечно ходит в одной водолазке, передвигается на метро, из дорогих аксессуаров только очки баксов за 20. Ещё и прибедняется вечно., что теряет деньги там-сям.

Чан посадил меня, трясущегося от приступа пролетарского гнева, на диван и дал кружку чая. И рассказал следующее.

В Китае много денег. Крохотный китайский стартап по зарадке смартфонов собрал 200 млн долларов. А в России аналог убера собрал 10 млн. Ещё Китай очень закрытая страна, менталитет такой. Даже внутри Китая почти нет никакой информации о грядущих стартапах. Особенно строго дело обстоит в финтехе и IT секторе. Почти любые IT продукты на рынке Китая выходят через крупные фонды и платформы типа Алибабы, Вичата, Баиду и прочих. Эти ребята помешаны на секретности.

Получается, что самый жирный IT рынок мира, по сути, функционирует в полной секретности. А ведь именно те проекты, которые выходят на внутреннем рынке Китая, почти гарантированно становятся гигантами. Не стать гигантами у них выхода нет: слишком велик спрос и покупательская способность. Особенно, если тебя интегрирует в функционал какой-то крупный китайский IT монстр.

Поэтому, китайский рынок инвестирования несколько отличается от российского. В России фонды, типа ФРИИ, Сколково и прочих, очень громко кричат о своих проектах, большинство из которых вообще не доживает до рынка. А те, что доживают, всё равно крошечные, в стране просто нет денег.

В Китае же сохраняется абсолютная тишина до выхода продукта на рынок. Ни рекламы, ни анонсов, ни открытых попыток собрать денег. Продукт просто выходит на рынок. А потом идёт гонка в попытке влезть в акции или токены этого проекта.
Те инвесторы, которые входят в проект до его анонса и выхода на рынок, довольно потирают руки и считают прибыль.

Остается одна мелочь: это знать те проекты, которые выйдут на внутренний рынок Китая. И иметь возможность завести туда инвесторов с их деньгами. В России этого не может никто. Вообще. Нет у нас экспертов, интегрированных в китайские фонды, которые могли бы заранее сказать, какой продукт выйдет на рынке Китая. А та аналитика, что есть в РФ по Китаю – детский лепет, надерганный из открытых источников, никак не пригодный для инвестирования.

И тут у Чана неожиданно находится козырь. Будучи скаутом по IT проектам, он не только представляет российские проекты китайским фондам, но и обладает информацией от коллег, чего интересного происходит там у них, на родине, какие проекты готовятся к выходу и как в них залезть.

Из всего вышесказанного я сделал для себя вывод, что информация – это ключ к дорогущему унитазу с мраморными полами.

Из заметок 2017г.