Вопросы.

Кого Путин - нарочито публично - «информирует о разговоре с Уиткоффом»?

- ОАЭ, Индия, ЮАР (7 августа)
- Узбекистан, Казахстан, Китай, Беларусь, снова Индия (8 августа)
- Бразилия (9 августа)

Где Иран и Северная Корея? Ведь они - ключевые и единственные реальные военные союзники Москвы.

Или давайте повернем вопрос иначе - а зачем вообще их информировать о мире, который и не собираются обсуждать? (к примеру)

Тогда - в какой роли Путин летит на Аляску? И что собирается обсуждать с Трампом?

Он не победил и не проиграл в своей войне. Вообще, мало что изменилось на земле с момента не таких уж и давних заявлений Кремля про то, что «встреча с Трампом требует серьезной подготовки, даты не согласованы, когда-нибудь обязательно».

Киев всё более недоумевает по поводу примерно того же вопроса - а что конкретно изменилось-то в позиции Москвы по войне?

Так может в том-то и дело, что ничего? И это всё яснее проглядывает сквозь дымовую завесу медийных хлопков?

Но что-то же изменилось? А изменилась, прежде всего, внешняя конъюнктура, в которой Вашингтон впервые открыто и сознательно входит в клинч с так называемым глобальным югом.

Официально и системно с введением своих августовских тарифов.

Сам этот клинч к России и Украинской войне имеет отношение весьма опосредованное. «Покупка российской нефти и поддержка войны» - удобный повод для жестких правок в правилах игры международной торговли, отжима инфраструктуры и выгодных для США проектов (что, думаю, и увидим в том числе в случае Индии).

За рамками «принуждения Путина к миру» остаются Турция, ОАЭ, да и Китай с 90-дневными торговыми перемириями. Где страшные и жесткие тарифы против них или тех же азиатских параллельных импортеров? Ведь перечисленные играют не менее ключевую - нежели Индия - роль в помощи российской экономике с прохождением между струйками дождя.

И есть Бразилия с ЮАР, которым тоже «вдруг резко» начинает приходиться весьма и весьма не сладко. Для ЮАР вообще тарифная ставка - самая высокая из всех стран черного континента. А с Лулой какой-то совсем уж беспардонный и публичный клинч.

Мне думается, что в нынешнем медийном кавардаке без опоры на реальные изменения на земле (или кардинальные изменения позиций противоборствующих сторон) никакую войну серьезно на Аляске «обсуждать и закачивать» никто не будет.

Мне думается - без претензии на знание здесь - что в этой громкой медийной акции целью является сама акция, а нее исход. И использоваться она - судя по началу моих рассуждений - может как картина некой общей позиции, которую будет «пытаться доносить» до Трампа Путин.

Чьей «общей позиции»? А вот того самого «глобального юга», который был публично проинформирован Кремлем об «итогах Умткоффа».

Такой «император Глобального юга» встречается с «императором Глобального севера».

Правда, с поправкой на то, что вся эта «общая позиция» и «глобальный юг» вместе с «БРИКС» - пока химеры и натянутые на глобус смысловые конструкты.

Сиюминутные интересы, конечно, есть. Но общий «план противостояния гегемонии Запада» - вряд ли.

Отсюда и итоги Аляски, вероятно, разобьются на два трека: идеологическое сопровождение в РФ в духе «встреча совсем и не столько про Украину, сколько про новый миропорядок» и «Путин не в изоляции, а представляет половину планеты».

Что на войну не повлияет никак от слова совсем.

Буду рад ошибиться.

@intuition2036