Дело Ма Синжуя, с одной стороны, демонстрирует, что статус члена Политбюро не обеспечивает неприкосновенности. С другой — каждое подобное расследование показывает ограниченность предварительного кадрового отбора и системы внутреннего контроля.

Официально дело описывается как сочетание кадрового покровительства, бизнеса и «семейной коррупции». При этом серьёзных сомнений в политической лояльности Ма, по-видимому, не было: в официальном объяснении отсутствуют формулировки о создании группировок, формировании личной фракции, политических амбициях, подрыве единства партии или заговорщической деятельности.

Значение дела состоит прежде всего в пресечении способности высокопоставленного руководителя создавать вокруг себя относительно автономную и устойчивую коррупционную сеть. Объектом расследования стало не только личное поведение Ма, но и весь сформированный им «периметр власти».

Такой подход соответствует сложившемуся в КНР пониманию коррупции как устойчивой инфраструктуры, способной сохраняться при переходе чиновника из одной отрасли или провинции в другую.

С учётом карьеры Ма Синжуя это дело стало важным сигналом для аэрокосмической отрасли и ОПК. Выходцы из этих секторов прежде рассматривались как перспективный кадровый резерв новой технологической эпохи, однако отраслевой авторитет и репутация эффективного технократа больше не обеспечивают автоматического кредита доверия.

В преддверии XXI съезда КПК в 2027 году и ожидаемого обновления элиты речь, вероятно, пойдёт не об отказе от технократов, а об изменении условий их продвижения. Профессиональная компетентность будет сочетаться с более жёсткой проверкой политической лояльности, семейных и деловых связей и всей предшествующей карьеры. Таким образом, речь идёт не о конце технократии, а об отказе от представления о технократе как управленце без политических амбиций и потому особенно надёжном.