Теневой правитель, стоящий за спиной Моджтабы

Вахиди, находящийся под жесткими западными санкциями, представляет наиболее радикальное крыло иранского истеблишмента. Его фракция фактически оттеснила умеренных политиков, включая тех, кто непосредственно ведет диалог с США. Эксперты полагают, что даже если американской стороне удастся достичь каких-либо договоренностей с иранской делегацией, эти соглашения могут оказаться фикцией, пока реальные рычаги управления остаются в руках Вахиди.

В отличие от двух своих предшественников на посту главы КСИР, Вахиди является опытным игроком внутри политической системы: в разное время он занимал посты министра обороны и министра внутренних дел. В декабре прошлого года ныне покойный верховный лидер Али Хаменеи назначил этого опытного стратега заместителем главы КСИР.

После того как 28 февраля в результате ударов США и Израиля погибли аятолла Хаменеи и командующий сухопутными силами КСИР Мохаммед Пакпур, Вахиди де-факто занял высшую ступень в иерархии военизированных структур Ирана.

После смерти Хаменеи именно Вахиди настоял на том, чтобы преемником стал сын покойного лидера — Моджтаба Хаменеи, чья кандидатура ранее не считалась доминирующей. Примечательно, что, по некоторым данным, сам аятолла никогда не желал видеть сына у власти.

Поскольку Моджтаба получил ранения во время ударов 28 февраля и до сих пор не появлялся на публике, аналитики сомневаются в его активной жизнедеятельности и функциональности. Хосро Исфахани, директор по исследованиям вашингтонского центра «Национальный союз за демократию в Иране», считает, что новый верховный лидер — не более чем инструмент в руках истинных хозяев режима.

«Если Моджтаба жив — а это большой вопрос — то он всего лишь марионетка. Это первый в истории лидер, чей образ поддерживается с помощью искусственного интеллекта», — заявил Исфахани в интервью, намекая на использование сгенерированных фото Моджтабы, опубликованных режимом.
https://haqqin.az/newsarchive/382071