Антуна Сааде приговорили к полугоду тюремного заключения и штрафу. Другие задержанные по делу ССНП были приговорены к более коротким срокам (часто условным) и штрафам. Всего осудили порядка 30 человек, нескольких оправдали. Власти не нашли доказательств того, что партия Сааде работала на фашистские режимы.

Адвокатом был Хамид Франжье – выходец из влиятельной маронитской семьи и один из отцов-основателей независимого Ливана. Возможно, дело в том, что Франжье дружил с Салахом Лабаки – одним из лидеров ССНП.

Суд над Сааде прибавил партии узнаваемости. В частности, ССНП пригласили на 2-ю Конференцию побережья, прошедшую в Бейруте в 1936 году. Там собрались политики из Ливана, которые требовали объединить свои регионы с Сирией. В основном это были мусульмане, но не только. Мероприятие проходило в доме Али Салима Салама – уважаемого суннитского нотабля из Бейрута.

Делегация ССНП включала в том числе Салаха Лабаки, который выступай там с речью. Участие в Конференции расширило контакты партии среди ливанских суннитов. Однако сближения радикальной партии с ведущими политиками по итогам встречи не произошло.

Антун Сааде вышел из тюрьмы 12 мая 1936 года. Власти давили на активистов ССНП, чтобы избежать публичных мероприятий в честь освобождения Сааде. Дело дошло до арестов.

Однако Сааде недолго пробыл на свободе. Его сторонники напали на редактора издания al-Masāʾ, который активно критиковал Сааде и его партию. Члены ССНП также попытались сжечь редакцию газеты ar-Rābiṭa, обвинявшую ССНП в связях с европейским фашистами. Возможно, партия также готовила покушение на её редактора, пишет Carl Yonker в The Rise and Fall of Greater Syria. Антуна Сааде задержали, но к концу года снова отпустили.

Очередная волна арестов последовала весной 1937 года. 21 февраля 1937 года несколько сотен сторонников ССНП съехались в христианскую деревню Бикфая в Ливанских горах, восточнее Бейрута. Бикфае была не чужда политика: в середине 1920-х там работал лидер коммунистов Фуад Шимали и его товарищи по профсоюзу табачников, а к концу 1930-х в деревне обосновались фалангисты (Катаиб) – ливанские националисты. Семья их лидера Пьера Жмайеля уже несколько веков проживает в Бикфае.

Полагаю, это добавляло провокационности демонстрации 21 февраля 1937 г. ССНП принялись размахивать флагами с «красным вихрем» и выкрикивать лозунги против независимости Ливана. Разгонять их отправили жандармов. Последовали столкновения, несколько человек с обеих сторон получили ранения.

Снова начались аресты. Сааде залёг на дно в Бейруте. Какое-то время он продолжал тайно навещать партийные ячейки и выпускать заявления с критикой ливанских властей, порой печатавшиеся в прессе. В итоге его вновь задержали, но через какое-то время дело закрыли, а Сааде отпустили после заверений, что его партия не работает на европейских фашистов.

Ливанское руководство также пыталось добиться поддержки Сааде и ССНП на выборах в парламент. Ведущие политики в те годы опирались на личные связи и влияние и обычно не создавали партий. Так что дисциплинированная сеть активистов ССНП была чем-то необычным. Неудивительно, что в 1930-40-х бывали эпизоды, когда влиятельные политики пытались заручиться поддержкой структур ССНП на выборах.

Отношения с властями оставались непростыми. На фоне очередного обострения в 1938 г. Сааде решил уехать за границу. Видимо, помимо проблем с законом, у ССНП были финансовые трудности. «Вождь» надеялся найти новых сторонников – в среде левантийских эмигрантов – и спонсоров. В итоге Сааде провёл в Южной Америке почти 10 лет.

Все эти годы партия продолжала действовать, но со временем перестала настаивать на единстве Ливана и Сирии. Это и другие противоречия привели к тому, что, когда Сааде вернулся в марте 1947 г., у него разразился конфликт с Нееме Табетом и его фракцией. Но это уже совсем другая история.

(Carl Yonker, The Rise and Fall of Greater Syria)