В предспецоперационные годы доводилось слышать много пафосных разговоров о том, как под мудрым руководством Россия "соскочила с нефтяной иглы". А вот теперь, действительно,
соскочила. Последствия, конечно, так себе. Проблема в том, что при сокращении доходов с экспорта углеводородов сохраняются управленческие методы петрономики - монополизм, госкапитализм, высокие налоги, запреты, бюрократия, активность регуляторов, перераспределение капитала от успешных отраслей к "зомби" типа национальных автопроизводителей и девелоперов. В целом государство, скорее, "вредит" ненефтяной экономике за пределами интересов крупных лоббистов, чем помогает ей. Для петрономики такой подход вполне понятен - "борьба с экономикой" и формированием среднего класса позволяет крупнейшим игрокам предотвращать угрозу возникновения конкурентов, в том числе способных вторгнуться в их монополию на видение государственного будущего. Однако, в нынешних условиях сохранение такого тренда ведет к дефициту бюджета и невозможности отвечать по всем социальным обязательствам, щедро
розданным за предыдущие годы. При этом в условиях расхождения видения будущего между условным "коллективным Сечиным" и "коллективным Дерипаской" власть склонна придерживаться первой модели. Это подтверждает тренд на сокращение не только бюджетных, но и платных мест в ВУЗах, в первую очередь, по специальностям, обслуживающим конкурентную экономику. В целом сохранение и укрепление управленческой модели петрономики - петрократии, при сокращении нефтегазовых доходов обещает лишь углубление кризиса.
Telegram
Родионов
Дефицит бюджета: не только нефтегаз, но и торможение экономики
✔️ Дефицит федерального бюджета в январе 2026 г. достиг 1,72 трлн руб. против дефицита на 1,47 трлн руб. годом ранее.
▪️ Ключевую роль сыграло двукратное снижение нефтегазовых доходов – с 789 млрд руб. в январе 2025 г. до 393 млрд руб. в январе 2026 г.
▪️ Важным фактором стало и торможение экономики: поступления по НДС – включая производство и импорт – выросли на 225 млрд руб. (из-за повышения базовой ставки с 20% до 22%), тогда как все прочие ненефтегазовые доходы снизились на 139 млрд руб.
✔️ На начало года, как правило, приходится авансирование госзаказа для ряда отраслей обрабатывающей промышленности, из-за чего январские показатели бюджета традиционно выглядят «слабо».
▪️ Однако недобор нефтегазовых доходов и торможение экономики будут осложнять Минфину задачу и в последующие месяцы.
▪️ Поэтому балансировка бюджета будет еще более сложной, чем в 2025 г., когда ведомству вновь пришлось размещать бумаги с плавающим купоном (ОФЗ-ПК) для финансирования дефицита: в 2025 г. Минфин привлек в бюджет 1,59 трлн руб. от размещения ОФЗ-ПК – меньше, чем в 2024 г. (2,42 трлн руб.), но больше, чем в 2023 г. (796 млрд руб.).
✔️ Чем более сложной будет балансировка бюджета, тем выше будет запрос на нормализацию среди высшей бюрократии. Поэтому, как и в случае бюджетных кризисов 1991 и 1998 гг., нарастающие бюджетные проблемы станут одним из триггеров серьезных изменений в экономической политике.
▪️ И если в первом случае речь шла о переходе к рыночной экономике, а во втором – о вынужденном сокращении расходов бюджета (в том числе на обслуживание внутреннего долга), то теперь суть изменений будет заключаться в возвращении к нормам «до 2022 года»: смене бюджетных приоритетов, восстановлении полной конвертируемости рубля, стабилизации прав собственности и активизации мер по выходу из международной изоляции.
▪️ С точки зрения бюджета это означает резкое сокращение расходов, которое будет идти вразрез с уже принятым законом о федеральном бюджете на 2026-2028 гг. Однако сама конфигурация «бюджетного маневра» будет в значительной мере зависеть от административного торга.
Родионов
Обсуждение 9
Обсуждение не доступно в веб-версии. Чтобы написать комментарий, перейдите в приложение Telegram.
Обсудить в Telegram