Был на спектакле Дмитрия Волкострелова «Русская смерть. Воспоминания о спектакле» в «Среде 21». Трудно сказать о нем что-либо без спойлеров — тем более, у Волкострелова спойлеры будут относиться не к сюжету, а к структуре, приемам, но попробуем хотя бы обозначить общую рамку. Первую «Русскую смерть» Волкострелов поставил в Центре Мейерхольда, премьера прошла 19 и 20 февраля 2022 года, и вот теперь — после всего, что случилось — Волкострелов собирает новый спектакль из элементов или, вернее даже, призрачных следов старого. Это сдержанное, математически выверенное, но от того даже более сильное высказывание об утрате. Оно действует по-разному: кто-то в зале ушел с середины, кто-то плакал весь спектакль. В какой-то момент со сцены начинает звучать песня «Perfect Day», сообщающая всему неожиданную для Волкострелова сентиментальность, он тут же комментирует: мол, эту песню я бы не вставил бы ни в этот, ни в любой другой спектакль, если бы не… (см. ниже).

Наверное, искусствоведы будущего (если такие останутся) сделают когда-нибудь исследование об искусстве переживания утраты в начале XXI века. В нем будет большая глава о поэтике предчувствий (от триеровской «Меланхолии» и далее). Спектакль Волкострелова — это скорее о после-чувствии.

В тот же день я смотрел на ютьюбе свежий, 2025 года, концерт Лори Андерсон, она много работала с этой темой. У нее есть альбом, посвященный авиаторке Амелии Эрхарт, что пропала без вести где-то над Тихим океаном, была программа в честь урагана «Сэнди», изрядно потрепавшего ее нью-йоркское жилье (странным образом, я даже побывал там однажды, от того времени — тоже утраченного — остался текст). Был фильм «Собачье сердце» в память об умершей собаке; в финале мы понимаем, что таким образом она говорила и о смерти Лу Рида, ставшего ее спутником в последние годы.

Волкострелов рассказывает, что в Британии есть специальный сервис по производству пластинок, содержащих в себе прах любимого человека. Перед тогдашним, первым спектаклем он предложил актерам выбрать песню для пластинки, в которой гипотетически могли бы содержаться их частицы. Одна из актрис выбрала Perfect Day.

На концерте в парижской базилике Сен Жанна-д’Арк Лори Андерсон тоже говорит об утрате — ее Нью-Йорка, её Америки, которой больше нет. Вообще, мира, каким мы его знаем. Концерт больше похож на мессу, в нем много тишины, зрители ведут себя соответственно.

В финале спектакля Волкострелова зрителям тоже не очень понятно, как реагировать, прямо слышно, как в зале вырабатывается молчаливое коллективное решение. Решились разойтись без аплодисментов.

В какой-то момент Лори неожиданно цитирует Василия Розанова, «Апокалипсис наших дней»: «Представление окончилось. Публика встала. Пора одевать шубы и возвращаться домой. Оглянулись. Но ни шуб, ни домов не оказалось»