Он сел за руль и жестом пригласил меня на пассажирское сиденье. Начальник моей охраны из Секретной службы побледнел, когда я сел, и мы помчались по одной из узких дорог, опоясывающих Кэмп-Дэвид.

Брежнев привык к свободному движению по центральной полосе в Москве, и я могу только предполагать, что бы произошло, если бы джип Секретной службы или ВМС внезапно выскочил бы на эту однополосную дорогу.

В одном месте там есть очень крутой склон с указателем «Медленный, опасный поворот». Даже спускаясь по нему на гольф-каре, мне приходилось резко тормозить, чтобы не съехать с дороги. А Брежнев ехал со скоростью более 80 км/ч, когда мы приближались к этому склону.

Я протянул руку и говорю: «Притормози, притормози», но он не обращал никакого внимания. Когда мы подъехали к подножию, раздался визг резины, когда он резко затормозил и повернул.

После поездки Брежнев сказал мне: «Очень хорошая машина. Она отлично держит дорогу».

«Вы отличный водитель, – ответил я. – Я бы никогда не смог пройти этот поворот на такой скорости».