💬 «В районе села Вознесенка БПЛА совершил атаку на частное жилое домовладение. Мужчина 1987 г.р. скончался. Его жена 1986 г.р. в реанимации. Пострадал ребенок».

💬 «Позднее БПЛА атаковал еще один дом. Погибла женщина 1948 г.р., ранения получили члены семьи».

Это цитаты из новостей ТАСС, Интерфакса и РИА. Вы читаете такие сводки каждый день.

В мирных городах люди пробегают глазами эти строчки за утренним кофе, жалуются на нехватку бензина и скроллят ленту дальше. Очередное село. Очередное «домовладение». Очередные «годы рождения». Смерть мирных людей стала настолько привычной рутиной, что федеральные СМИ пишут о ней языком полицейского протокола.

А мы видим каждый день то, что скрывается за скупыми строчками сводок. Экран смартфона не передаст запах бетонной пыли, смешанной с кровью. Не передаст звенящую тишину, которая наступает после взрыва.

Как эти сухие строчки из новостей выглядели 13 июля в час ночи на обычной деревенской улице. Небо буквально рухнуло людям на головы. Это были дроны-гиганты с размахом крыльев 6,5 метров, каждый нес на спящих людей до 200 кг взрывчатки.

«Скончался мужчина 1987 г.р.» – это любящий муж, который среди ночи кинулся открывать дверь в подвал, чтобы спрятать семью. Вспышка. Взрывная волна. Его хоронили всем селом.

«Женщина 1986 г.р.» – это его жена Яна. Та самая, которую он так отчаянно пытался спасти. Ее отбросило взрывом. Сейчас она в больнице, с тяжелой контузией и аппаратом Илизарова на ноге. Врачи пока запрещают ей вставать.

«Пострадал ребенок» – это 9-летний Матвей. Куски шлакобетона – всё, что минуту назад было его домом – рухнули на него. Чудо, что в секунду удара он оказался под столом. Маленький мальчик сам выбирался из-под завалов в кромешной темноте и дыму. Сейчас он в палате, улыбается подаренным машинкам. Он очень любит крутые тачки.

«Погибла женщина 1948 г.р.» – это 78-летняя мама Геннадия Ганжа из дома напротив. Туда прицельно упали следующие два сброса. Дом стерло в пыль. Шансов выбраться из-под завалов у нее не было.

А о пенсионерке Лидии Николаевне из соседнего летнего домика в новостях вообще не написали. Нет жертв – нет инфоповода. А ее просто вышвырнуло с кровати первой ударной волной. Она кубарем катилась под стол, и только это спасло ей жизнь перед вторым взрывом. Она всю жизнь проработала поваром и пекла ароматный хлеб. А сейчас стоит посреди посеченного осколками двора, плачет и обнимает нас: «Зайки-ангелочки, спасибо вам...»

Мы приезжаем туда, где остановилось время. Привозим муку, крупы, воду и простые человеческие объятия. Если еда – обычный список покупок для мирного города – спасает им жизни, то объятия спасают души. Это доказательство того, что они не одни. Что они не просто «строчка в сводке новостей».

Мы не имеем права к этому привыкать. Смерть людей не должна становиться сухой статистикой.

Поддержать работу фонда «Добрый Ангел» и помочь выжившим можно здесь:

➡️ Передать помощь
➡️ Поддержать нашу деятельность
➡️ Присоединиться к стае Добрых ангелов