Массовый забой скота

#Внутренняя_политика_экономика_сельское_хозяйство
#Сельское_хозяйство

В Новосибирской области завершено изъятие животных из очагов заражения пастереллёзом, сообщили в пресс-службе правительства региона. « Мероприятия по изъятию потенциально заражённых животных завершены», – говорится в заявлении правительства, опубликованном в Max. Позволим себе высказать некоторые соображения относительно этой ситуации.

1. Вполне очевидно, что местная власть не смогла объяснить людям, почему (при официальной версии заболевания скота пастереллёзом) скот необходимо забивать, а не вводить карантин и лечить пенициллином и тетрациклином.

2. Если произошла эпизоотия не пастереллёза, а ящура (афтозной лихорадки) или сибирской язвы, почему это скрывается и не принимаются соответствующие меры по оповещению населения, а ссылаются на какие-то «служебные записки».

3. В связи с проводимым забоем скота с рынка исчезает значительный объём продукции: мясо на миллиарды рублей и десятки миллионов литров молока в годовом выражении. То есть удар наносится не только по производителям, но и по всей цепочке – от переработки до конечного потребителя. Механизм компенсации нуждается в корректировке: сумма компенсации в десятки тысяч рублей за уничтоженную голову скота не покрывает вложений, которые фермеры делали годами. Людям придётся начинать ведение хозяйства с нуля. Локальный ветеринарный кризис становится экономическим.

4. Если в регион была поставлена крупная партия некачественной вакцины (в которой возбудитель одного из заболеваний не был до нужной степени ослаблен), и потом данной вакциной вакцинировали скот, принадлежащий фермерам, то необходимо разобраться, кто виноват в этом и привлечь виновного к ответственности. Кстати: информации о проведении проверки по факту возможных нарушений со стороны должностных лиц министерства сельского хозяйства Новосибирской области (как пишут некоторые СМИ) на официальном сайте регионального Следственного комитета нет. 

5. Органам власти необходимо тщательно проверить версию о картельном сговоре и недобросовестной конкуренции со стороны крупных агрокомплексов. Возможно, что в крупных агрокомплексах, таких как Мираторг, Ирмень, профилактика эпизоотий находится на более высоком уровне по сравнению с мелкими частниками (скот вакцинируется своевременно и качественными вакцинами, ведётся строгий учёт и контроль), тогда почему некачественной вакциной прививали именно скот частников? Или прививали «на бумаге»?

6. Принципиальной оценке соответствующих компетентных органов подлежат действия (бездействие) региональных управлений ветеринарии, приведшие к имеющейся ситуации, а также губернаторов регионов, «спрятавших голову в песок».

Подытоживая всё сказанное, напрашивается простой вывод: региональные власти в очередной раз подставляют руководство страны своим неумением и нежеланием общаться с населением. В итоге ситуация вышла на федеральный уровень. В условиях ведущейся СВО, приближающихся выборов в ФС РФ это крайне опасно для внутренней стабильности и сплочённости российского общества.

Кстати, здесь возникают параллели с решением власти блокировать ТГ. Проблема с забоем скота вскрыта именно ТГ-сообществом. Что в этом плохого? В чем опасность для власти? Для государства только помощь в управлении. Опасность, очевидно, только для нерадивых или коррумпированных чиновников. Нам возразят: в СССР подобные случаи тщательно скрывались от граждан. Например, эпидемия черной оспы в Москве в 1960 г. Но такая политика адекватна для страны государственного социализма. Граждане уверены, что чиновники сделают всё возможное, чтобы решить проблему, а источником её может быть только беспечность и безответственность кого-то, но не коррупция или война корпораций за рынки и т.д. В современных условиях наоборот: только гласность может хоть как-то останавливать лихих чиновников. Поэтому решение «Ордена правящей бюрократии», направленное на ликвидацию ТГ, есть решение о ликвидации ТГ-сообщества, чтобы Гражданское общество не могло подсвечивать, чем этот орден занимается.