С 1 апреля в России меняются правила денежных переводов. Поправки носят технический характер, они затрагивают в первую очередь операции, связанные с бизнесом, индивидуальными предпринимателями и самозанятыми.

В Минфине пояснили, что новые правила не касаются операций между физлицами. Изменятся требования по заполнению реквизитов только для переводов в бюджетную систему РФ и платежей на казначейские счета. Поэтом нововведения почувствует в первую очередь бизнес. Юрлица и ИП при переводах теперь будут обязаны указывать полное наименование или имя и правовой статус получателя. В поле «Назначение платежа» — обязательно прописать товары, работы или услуги, номера и даты договоров. Самозанятые и частнопрактикующие специалисты также должны указывать полные ФИО, вид деятельности и ИНН.

Обычным гражданам при уплате налогов или госпошлин также придется указывать полные данные, однако на практике это уже давно автоматизировано банковскими сервисами, отмечают эксперты. При этом цена ошибки для бизнеса возрастает: неверно заполненный документ могут вернуть, или он может зависнуть до уточнения через налоговую.

Новые требования направлены прежде всего на тех, кто работает вне правового поля, — на предпринимателей и самозанятых, принимающих оплату напрямую на карту или по номеру телефона без отражения операций в отчетности, отметил исполнительный директор «Опоры России» Андрей Шубин. По сути, речь идет о системной борьбе с теневым сектором экономики.

Значительная часть нано- и микробизнеса в России — от салонов красоты до репетиторов и мастеров из соцсетей — годами работает по модели «скинь на карту» и игнорирует даже щадящие налоговые режимы вроде самозанятости с налоговой ставкой всего 6%, отмечают в Vepay. Легальный бизнес из-за этого проигрывает, потому что его расходы заведомо будут выше, чем у предпринимателей из серой зоны.

Речь идет в том числе о сегменте аренды жилья, где значительная часть платежей не декларируется, отмечают эксперты.

Однако основной масштаб проблемы сосредоточен в крупных торговых узлах, на продуктовых базах и рынках — именно там наличные обороты достигают миллиардов рублей и практически не отражаются в банковской системе.

ЦБ в 2018 году оценивал теневой наличный оборот только трех московских торговых комплексов — «Садовод», «Москва» в Люблино и «Фуд Сити» — в ₽600 млрд в месяц, уточняют эксперты. При этом в реестры зачислений на банковские счета попадало ничтожно мало. С тех пор ситуация почти не изменилась, и это проблема, на которую президент России Владимир Путин обращал внимание еще в 2024-м.

Дополнительный фактор — теневая занятость, в том числе среди мигрантов, добавляют эксперты. Потери бюджета от неформальной экономики оцениваются в ₽3 трлн ежегодно.

23 марта правительство одобрило законопроект, призванный расширить обмен информацией между ФНС и ЦБ. Если раньше доступ к банковским операциям физлиц был ограничен формальными процедурами, то теперь предполагается создать постоянный автоматизированный канал обмена данными. Фактически речь идет о формировании единой системы анализа финансовых потоков. Банк России сможет агрегировать операции граждан из разных банков и сопоставлять их с налоговыми данными. Это позволит выявлять аномалии и подозрительные схемы быстрее и точнее.

Отдельно обсуждается перспектива введения НДС на операции через Систему быстрых платежей (СБП). Пока таких решений нет, но Минфин планирует оценить необходимость этой меры осенью.

Если НДС будет распространен на СБП, бизнес столкнется с ростом комиссий, а потребители — с повышением цен, уверены эксперты.

Избыточное регулирование также может привести к снижению деловой активности и лишь усилить уход части бизнеса в тень, предупреждают в «Опоре России».

Концепцию «люди это новая нефть» в стране никто не отменял, поэтому в любой непонятной ситуации — особенно когда бюджету не хватает средств — правительство изыскивает новые способы залезть в наш с вами карман, уважаемые читатели.