Новости о состоянии российской медицины из российских регионов всё чаще звучат как крики о помощи. Врачей не хватает, больницы закрываются, лечить некому. «Точечные меры» – жалкое подобие реанимации, когда зелёнкой пытаются вылечить язвы, вызванные чумой.

Бюджетная медицина задыхается от кадрового голода. В районных поликлиниках – либо опытные, но измотанные пенсионеры, либо совсем «зелёные» интерны. «Золотая середина» – врачи среднего возраста, с опытом и энергией, – не задерживаются. Они уходят в частные клиники, где в в 2-3 раза выше зарплаты и, что немаловажно, нет изнуряющей бумажной волокиты. С младшим и средним медицинским персоналом – ещё хуже. На зарплату, равную МРОТ никто не хочет идти. Врачи вынуждены подменять медсестёр, а медсёстры – санитарок.

Пандемия COVID-19 стала безжалостным стресс-тестом, обнажив и усугубив существующие язвы. Именно тогда массово ушла «золотая середина», специалисты 35-50 лет, осознав, что бумажная волокита и переработки не способствуют профессиональному росту. При этом, наиболее успешные и талантливые врачи уезжают не просто в частные клиники, а в столицы – Москву и Санкт-Петербург. Эти мегаполисы, как мощные пылесосы, втягивают лучшие кадры, предлагая достойную зарплату, социальные пакеты и доступ к передовым технологиям. Региональные бюджеты, естественно, не могут с ними конкурировать.

Кадровую проблему пытаются закрыть мигрантами из ближнего зарубежья. Выбирать не приходится: «врач с особенностями» или «отсутствие врача вообще». Дипломированные медики из Азии активно идут на вакансии, от которых отказываются выпускники российских вузов. Они готовы работать в сложных условиях и за низкие зарплаты – их привлекает упрощённая процедура получения гражданства и возможность «перевезти» в Россию близких родственников. Однако языковой барьер, различия в программах обучения, клинических рекомендациях и культурно-религиозные особенности создают недопонимание и напряжение. Конечно, лучше уж такой врач, чем никакого. Но это лишь «купирование симптомов».

Связь между качеством медицины и демографией – прямая и пугающая. В регионах с ограниченным доступом к медицинской помощи растёт смертность от сердечно-сосудистых заболеваний и онкологии. Нехватка неонатологов и акушерок в малых городах и сёлах – прямое эхо демографического кризиса. Будущие матери боятся рожать там, где их здоровье и здоровье ребёнка под угрозой.

«Кадровые провалы» распределены неравномерно. Наиболее критическая ситуация – в Центральной России, на Урале, в Сибири. Огромные расстояния, суровый климат, отсутствие инфраструктуры усугубляют проблему. Лидеры дефицита – Курганская, Костромская области, Еврейская АО, где нехватка врачей достигает 40-50%. В Псковской области, по официальным данным, дефицит удалось снизить с 50% до 39%, но это – слабое утешение. Парадоксально, но в этих регионах зарплаты ниже, а нагрузка колоссальная. Врач в Кургане, работая на 2-2.5 ставки за меньшую зарплату, чем его московский коллега на 1 ставку, быстро выгорает.

Дефицит кадров в регионах – это не только низкие зарплаты, но и общее качество жизни. Отсутствие современного оборудования, проблемы с жильём, школами, досугом для семей делают эти территории непривлекательными. Молодому врачу неинтересно работать в клинике без наставников и современной техники, где ему грозит профессиональная деградация.

Одним словом, российская медицина требует немедленной, радикальной реанимации. Более подробно читайте в статье наших коллег из УтроNEWS.