Расширительный протокол

Россия презентовала в Вене проект дополнительного протокола к Конвенции ООН против киберпреступности. Он должен расширить охват документа — в том числе за счёт преступлений с использованием ИИ, которых как отдельного вида пока нет в уголовных кодексах ни одной страны.

В ходе разработки конвенции, инициированной Россией, одной из ключевых спорных тем было то, что отнести к киберпреступности. Западные страны отстаивали узкий подход, близкий к Будапештской конвенции 2001 года, Россия выступала за широкий охват и изначально предлагала 23 состава преступлений. В итоге сошлись на наименьшем общем знаменателе — 11 преступлениях, что было близко к западному подходу. При этом обмен цифровыми доказательствами не ограничивался только этими 11 составами и был возможен, по сути, по любым серьёзным преступлениям.

Российские представители остались этим итогом недовольны, о чём неоднократно заявляли публично. Поэтому сразу вслед за подписанием конвенции в России началась работа над проектом дополнительного протокола, который расширит охват.

Текст проекта не опубликован, но МИД выпустил пресс-релиз и текст речи замминистра иностранных дел Дмитрия Любинского.

Из этих материалов следует, что Россия предлагает включить в дополнительный протокол не только киберпреступления, связанные с терроризмом и экстремизмом, на чём она последовательно настаивает, но и другие преступления из своего первоначального списка (проект конвенции 2021 года), а также ряд новых.

Из списка 2021 года в проект доппротокола попали:

— преступления, связанные с террористической деятельностью;
— преступления, связанные с экстремистской деятельностью;
— преступления, связанные с незаконным оборотом оружия;
— преступления, связанные с распространением наркотических средств и психотропных веществ;
— преступления, связанные с вовлечением несовершеннолетних к совершению противоправных действий;
— склонение к самоубийству или доведения до его совершения;
— распространения фальсифицированных лекарственных средств и медицинских изделий;
— неправомерное воздействия на критическую информационную инфраструктуру;
— несанкционированный доступ к персональным данным.

Также, согласно материалам МИД, в проект доппротокола включены два преступления, который в списке 2021 года не было:

— организация массовых беспорядков;
— использование технологий искусственного интеллекта в преступных целях.

Возможно, в проекте доппротокола есть и другие преступления.

Формально для переговоров о дополнительном протоколе предусмотрено две встречи в 2027 и 2028 годах. На этих переговорах, скорее всего, повторятся баталии по поводу охвата. Однако принять доппротокол формально проще, чем конвенцию. Для этого нужно, во-первых, чтобы к ней присоединились 60 стран. Сейчас подписантов уже 77, но участников (тех, кто ратифицировал) только 3. Во-вторых, согласно положениям конвенции, нужно попытаться принять доппротокол консенсусом, но если это не получится, то достаточно 2/3 голосов. Принятый доппротокол будет действовать только для тех стран, которые к нему присоединятся.

Помимо работы над проектом доппротокола российские чиновники также с опережением графика готовятся к ратификации конвенции. По плану она должна была завершена к концу 2027 года, но, по словам замминистра иностранных дел Александра Алимова, это может случиться уже к концу этого года.