Его жизнь была серой чередой обязанностей и условностей. Но однажды, в причудливом приступе просветления, осознал, всё это время — просто существует

Решительно сбросил оковы обыденности и нырнул в нелепый водоворот настоящей жизни — молниеносно дни его превратились в яркое 'бессмысленное' нагромождение наслаждений. Он упивался ими, словно опьяненный эспрессо-энтузиаст. Ходил на прогулки под дождем, чувствуя, как капли рисовали абстрактные узоры на коже. Учился гармонично материться, превращая ругательства в поэзию абсурда ... —

возвёл осознанность в культ, регулярно медитируя на вершине нелепых забав


С тех пор стал живым парадоксом: человеком, который жил не жизнью, а причудливым произведением искусства —

полным смеха, удовольствий и возмутительно забавных моментов.