В классической динамике все процессы являются обратимыми (это формулировали в явном виде все её основатели, например, Галилей и Гюйгенс), а картина мира — детерминистической: если некое существо (демон Лапласа) будет знать все параметры состояния Вселенной в некий момент времени, то оно сможет и точно предсказать её будущее, и до мельчайших деталей реконструировать прошлое. Из обратимости же физических процессов следует, что время не является объективной реальностью, а вводится нами лишь для собственного удобства — как нумерация порядка событий: планеты могут обращаться вокруг Солнца как вперед, так и назад по времени, ничего не изменяя в самих основах ньютоновской системы. Революция, произведенная в физике Эйнштейном, этой сферы не затронула, а его окончательное суждение на сей предмет гласит:

Время (как и необратимость) — не более чем иллюзия.

Случайности также не нашлось места в той картине мира, что создана Эйнштейном; широко известна его чеканная формулировка God casts the die, not the dice (Бог не играет в кости). Даже квантовая механика, наиболее отличная по своей "идеологии" от всех прочих физических дисциплин, сохраняет этот взгляд на проблему времени: в лежащем в её основе уравнении Шрёдингера время остается однозначно обратимым.

Принципиально иную картину мира рисовала термодинамика. Здесь аналогом Вселенной являлся не часовой механизм с бесконечным заводом, а паровой двигатель, в топке которого безвозвратно сгорает топливо. Согласно второму началу термодинамики, эта мировая машина постепенно сбавляет обороты, неотвратимо приближаясь к тепловой смерти, а потому ни один момент времени не тождествен предыдущему. События в целом невоспроизводимы, а это означает, что время обладает направленностью, или, согласно выражению А. Эддингтона, существует стрела времени. Осознание принципиального различия между двумя типами процессов — обратимыми, не зависящими от направления времени, и необратимыми, зависящими от него, — составляет саму основу термодинамики. Понятие энтропии для того и было введено, чтобы отличать первые от вторых: энтропия возрастает только в результате необратимых процессов. При этом, как заключает И.Р. Пригожин, стрела времени проявляет себя лишь в сочетании со случайностью: только если система ведет себя достаточно случайным образом, в её описании возникает реальное различие между прошлым и будущим, и, следовательно, необратимость. Картина мира становится стохастической — т.е. точно предсказать изменения мира во времени принципиально невозможно, а потому демона Лапласа следует отправить в отставку за полной его бесполезностью.

Читать фрагмент книги:
Кирилл Еськов. Удивительная палеонтология. История Земли и жизни на ней. Глава 4а. Термодинамические подходы к сущности жизни. Второе начало термодинамики, энтропия и диссипативные структуры.

Обзор книги и ссылка на скачивание здесь.

#cm_Библиотека
#cm_теории

Механика истории│подписаться