Сербский генерал Байич: Я посадил МиГ с выключенным двигателем и воскликнул «Да здравствует Россия!»

Генерал Любомир Байич еще ребенком был интернирован в усташеский лагерь в Хорватии. Спустя более полувека, когда казалось, что «братство и единство» залечили старые раны, он, будучи командиром Пятого воздушно-десантного корпуса в Загребе, стал свидетелем того, как потомки тех же хорватов убивали солдат Югославской народной армии.

Генерал стал свидетелем и развала Югославии в кровавой гражданской войне. Он был обвинен в покушении на убийство хорватского президента Франьо Туджмана 7 октября 1991 года, когда приказал обстрелять его резиденцию. На Западе не обратили внимания на то, что по приказу Туджмана к 1 октября 1991 года было убито более 180 солдат и старшин югославской армии, 709 ранено, свыше 3000 попало в плен — и за это никто не понес ответственности.

В интервью генерал Байич рассказал мне о роли Запада в развале Югославии и о своей любви к России, которая могла стоить ему карьеры.

«Когда в 1968 году войска Варшавского договора вошли в Чехословакию, я был на дежурстве в Подгорице. Мой лучший друг-мусульманин и я пошли в ресторан, где играла чешская музыка. Когда мы попросили, чтобы музыканты сыграли «Подмосковные вечера», нам сказали, что они эту мелодию забыли. Тогда мой друг потребовал советское шампанское. Кто-то доложил об этом руководству и нас вызвали на ковер. Повезло, что командир был на нашей стороне. Дело ограничилось предупреждением.

В следующий раз я был вынужден пойти на информативный разговор с офицером военной безопасности из-за выкрика «Да здравствует Россия!». Это случилось 49 лет назад во время учений. Убежденный, что механик перед взлетом все проверил, я сел в самолет и понял, что двигатель заблокирован. С диспетчерской вышки мне сказали выйти на безлюдное место и при остановке двигателя катапультироваться. Я вспомнил, что некоторые русские пилоты приземлялись на МиГе с выключенным двигателем.

И я решил, что если русские братья смогли, то и я смогу. При приземлении, когда я уже распрощался с жизнью, я воскликнул в эфир: «Да здравствует Россия, да здравствует Югославия!» Я думал, что погибну… Когда самолет застрял в кукурузном поле, перевернувшись, мне удалось выбраться, и я поцеловал самолет.

Через неделю мне позвонил сотрудник службы безопасности и первым делом спросил, почему я езжу на русской машине. У меня был «Москвич». Я ответил, что езжу на той машине, которую могу себе позволить. Потом он спросил меня, почему мой сын поет русские песни. Меня не наказали, но я не получил повышения по службе. Последнее генеральское звание я получил уже на войне».

@balkan_spy