Так объясните мне, братцы-украинцы, – что же это за ценность такая – территориальная целостность? Не можете? Тогда я вам объясню. Те, кто осилил текст до этого места, имеют шанс расширить свой кругозор. Научно это именуется ирредентизмом – то есть стремлением распространить политическое господство на соседние территории и население, обосновывая это национальными, историческими и юридическими мотивами. Вот Путин – типичный ирредентист, собиратель, мать его, земель русских. И даже совсем не русских, по мелочи еще и у грузин хапнул. Отжим Крыма он чем оправдывал? Верно – историческими, национальными и юридическими мотивами. Но Путина за то, что он апеллирует к какой-то там исторической справедливости, справедливо клеймят империалистом и х...йлом. Для XXI века ирредентизм – совершенно архаичная сущность.

Однако стремление украинцев вернуть взад Крым, политически зафиксированное совершенно четко и недвусмысленно – тот же самый ирредентизм, что и у Путина. Однако последний хотя бы прикрыл свой захват мнением населения – мол «крымский народ» желал воссоединиться. А вот у украинцев цель – историческая справедливость в одностороннем, так сказать формате, мнение крымчан их нисколько не волнует. И это, во-первых, делает оных врагами Украины, во-вторых, повышает ставки в войне до уровня, который страна совершенно точно не способна потянуть.

Да-да, я знаю, что сейчас подымется вой, что х-йло отнимает чужое, а украинцы возвращают свое. Ну так и горцы считали захваченных рабов своими. Даже еще не захваченных – тоже своими, дарованными им аллахом. И их имущество – своим. И вообще, они не разбойничали, а охотились. Охота – дело благородное, занятие для настоящих джигитов. Точно так же бандосы, крышующие рынок, считают его своим, а работающих на нем торгашей – чем-то вроде домашнего скота, который они имеют полное право доить и стричь. Так что, еще раз подчеркну – вопрос «Чей Крым?» сугубо ценностный. Ответить на него можно по-разному.

Например, почему грузины считают Абхазию своей? Потому что 200 тысяч картвелов были изгнаны из своих домов и до сих пор многие проживают в лагерях беженцев. Ну, не совсем лагерях, а пунктах размещения, но тем не менее. И с Южной Осетией все предельно наглядно. Кто хоть раз ездил по автобану Тбилиси-Гори, наверняка обратил внимание на казарменного вида поселок, состоящий из двух тысяч однотипных домиков. Но почему возле них нет ни одного деревца, в то время как любой грузинский дом обязательно окружен фруктовым садом? Это Церовани, поселок беженцев из региона Самачабло (Южная Осетия). Они не сажают деревьев, потому что не желают пускать здесь корни. И таких поселков не один.

Поэтому да, грузины и спустя 30 лет после исхода продолжают считать утраченные территории своими точно так же, как, палестинцы, изгнанные из своих домов 70 лет назад, считают своей родиной какой-нибудь Ахерон или Яффу, живя мыслью туда вернуться. Парадокс в том, что даже внуки беженцев, родившиеся уже в лагерях беженцев, считают своей родиной никогда не виденную ими землю, они готовы за нее воевать, умирать и убивать ненавистных евреев. Как это выглядит, показали события 7 октября 2023 г. в Израиле. Израильтяне защищали СВОЮ землю от исламских террористов. А палестинцы воевали за СВОЮ землю с сионистскими оккупантами. Вот так в ценностном разрезе выглядит эта бойня.

И, кстати, несмотря на одинаковое положение, в котором оказались палестинцы и грузины – утрата дома в результате проигранной войны – последние принципиально отказываются от насилия для восстановления «исторической справедливости». Грузинский ирредентизм – политический, мирный, я бы сказал – цивилизованный. В отличие от палестинского. Японский ирредентизм – стремление вернуть утраченные «северные территории» вообще носит чисто виртуальный характер. Ни у кого в Токио и мысли не возникает захерачить крылатой ракетой по Южно-Курильску. Потому что такой подход идет в разрез с ценностями японского общества, соответствующими XXI веку, когда главное – человеческий капитал, но никак не территории… https://telegra.ph/TUPAYA-REZNYA-ILI-SPRAVEDLIVAYA-VOJNA-01-09