…рассмотрим этот феномен: как человек, который видит и слышит, что речь в репортаже идет о Луганске, заставляет себя поверить, что ему показывают российских военных, которые учились на дроноводов в старобельском колледже. Воспользуемся для этого концепцией толерантности американского психолога Скотта Александера и теорией основоположника массовой психологии Густава Лебона.
 
Люди мыслят в логике «свои против чужих». Есть «мы», сообщество, с которым человек себя отождествляет – ингруппа; и есть» они», люди, которых человек воспринимает как чужих – аутгруппа. Ингруппа может быть обширной, то есть формируется по принципу национальной или религиозной принадлежности, а может быть узкой: политический лагерь, профессиональная среда, субкультура, круг друзей.
 
Для либерала ингруппой являются люди, исповедующие схожие взгляды, даже если с ними он лично не знаком, а консерваторы принадлежат к аутгруппе. Если человек футбольный болельщик одного «Спартака», то фанаты «Динамо» становятся аутгруппой. Ингруппа и аутгруппа часто образуют дихотомическую пару, то есть они существуют только благодаря взаимному отторжению
 
Почему это отторжение возникает между очень близкими друг другу групами людей? Александер объясняет это принципом нарциссизма малых различий. Например, между католиками и протестантами Северной Ирландии гораздо больше общего, чем между любой из этих групп с мусульманами. Однако смертельно враждуют эти группы именно друг с другом, а не с мусульманами. Точно так же мусульмане-шииты и мусульмане-сунниты часто существуют в режиме взаимной резни, проявляя равнодушие к христианам и буддистам.
 
В этом смысле понятно, почему ингруппы «заукраинцы» (болеют за Украину в войне с Россией) и «запутинцы» (сторонники оккупантов) включают в себя этнически, культурно и политически близких индивидов. Порой члены одной семьи оказываются по разные стороны воображаемых баррикад. Иногда эти баррикады обретают реальные черты, и родственники смотрят друг на друга через прорезь прицела.
 
Почему враждующие стороны яростно отрицают схожесть с противником, и даже располагают себя на абсолютно противоположных концах нравственной шкалы? Автор концепции толерантности объясняет это принципом морального возвышения своей группы. Каждая группа считает себя эталоном добра, справедливости и здравого смысла, а аутгруппу наделяет гипертрофированными противоположными качествами.
 
Что скрепляет ингруппу? Индивид за принадлежность к стае платит безусловной лояльностью. Почему ему важно быть в стае? Это биология, человек – животное социальное, он комфортно чувствует себя только ощущая принадлежность к стае, находясь под ее защитой. Поэтому он ждет от окружающих проявления лояльности к себе и платит столь же безусловной лояльностью.
 
Правота своей ингруппы никогда не подвергается сомнению. Малейшее проявление нелояльности разрушает стаю, поэтому на всякую внутреннюю смуту группа реагирует крайне жестоко – это защитный механизм коллектива. Любой критик, подвергающий сомнению институциональные скрепы сообщества или не поддерживающий конкретные действия группы, немедленно подвергается травле и изгоняется.
 
Всякий истинный патриот (не важно, к какому лагерю он принадлежит) рассуждает абсолютно идентично: «Моя страна не права, но это моя страна, и я буду ей верен до конца». Но это он только мысленно констатирует неправоту, а на словах агрессивно отстаивает абсолютную моральную непогрешимость своего лагеря. И чем более его сторона неправа, тем агрессивнее он будет ее защищать. Памятуя же о том, что самый страшный грех – это измена «общему делу», он постарается не изменять ему даже мысленно. Это ведет к жесткому отрицанию реальности, если она неудобна.
 
Совершая это насилие над собой, отказываясь признавать реальность, индивид совершает ритуальный акт выражения лояльности своей группе. И чем большее эмоциональное и ментальное усилие надо совершить для ретуширования реальности в своем сознании – тем ценнее для группы будет такое проявление лояльности…
 
Полностью материал в видеоформате  https://www.youtube.com/watch?v=tZAhnaiFq-o