Игорь Игин получил 11 лет строгого режима.

Итак. 11 лет строгого режима и штраф в 265 миллионов рублей — это реально суровый приговор, особенно с учётом того, что обвиняемый вину не признал, а доказательства, по его словам, строились на оспариваемых материалах прослушки.

⚖️ Для дел о коррупции в особо крупном размере это — почти верхняя планка. Уголовный кодекс по статье 290 ч. 6 предусматривает до 15 лет лишения свободы. То есть суд назначил около 73% от максимального срока плюс колоссальный штраф.

⸻

В среднем:
• За взятки от 1 до 10 млн рублей — суды чаще дают 5–7 лет, часто с отсрочкой или колонией общего режима.
• За особо крупные взятки (свыше 1 млн) — от 7 до 12 лет, особенно если есть организованная схема, посредники, давление на свидетелей и пр.

📌 11 лет строгого режима — это уже зона крупных, резонансных дел, особенно по госструктурам федерального уровня.

⸻

Для понимания.

В глазах суда и следствия это Росатом, а значит:
• Национальный оператор по обращению с радиоактивными отходами — стратегически важная структура.
• Росатом — госкорпорация федерального значения, на особом контроле.
• Любое коррупционное преступление в системе госконтрактов, связанных с безопасностью, квалифицируется как удар по основам доверия к государству.

❗Фактически Игин судился не просто как чиновник, а как лицо, ассоциированное с национальной безопасностью. Это почти всегда отражается на строгости приговора.

⸻

📈 С 2021 года усилился контроль ФСБ и ФАС над закупками.

Чаще всего в таких делах речь идёт о:
• «обеспечении победы» в конкурсе (аукцион, тендер);
• неофициальных обещаниях содействия за вознаграждение;
• использовании личных связей для доступа к проектам, аффилированным с госструктурами.

⚠️ Эти дела сложно расследуются — почти всегда основаны на оперативных материалах, прослушках, контролируемой передаче денег. Но если удаётся закрепить факт “содействия в обход процедуры” — шансы на оправдание минимальны.