Абиогенез – это гипотеза о естественном происхождении живых существ (биосистем) из неживой материи. Эволюционисты предлагают поверить, что из обычных химических соединений, оказавшихся в особенных условиях, «сами собой» вдруг появились простейшие организмы, которые, в свою очередь, стали уже дальше развиваться в более сложные.
Но как? На это у эволюционистов нет обоснованного и мало-мальски убедительного ответа. Все предлагаемые ими этапы абиогенеза (биомономеры, биополимеры, надмолекулярные структуры и т. п.) – это чистой воды гадания и фантазии, не подтверждённые ничем, более того, опровергнутые многочисленными опытами, которые проводятся с 1920-х годов.
Подобный переход невозможен в принципе, поскольку даже самая примитивная одноклеточная бактерия представляет собой сложнейшую систему, все элементы которой взаимосвязаны и имеют конкретное назначение в рамках основных задач живого организма – поддерживать своё существование и размножаться. Например, простейшая бактерия-паразит, – микоплазма, – состоит их 500 генов, а простейшая аутотрофная бактерия из 1100 генов. И ни один элемент – не лишний. Любая столь сложная система не может создаться «сама собою» по принципу «сначала один элемент, потом другой, и так далее». Она может «заработать» только если существуют сразу все её элементы и притом собранные кем-то в определённой последовательности.Уже целые поколения учёных на протяжении десятков лет в сотнях институтов самых разных стран безуспешно пытаются добиться «самообразования» нужных химических соединений в простейшее одноклеточное существо. Уж как только эти соединения друг с другом не сочетали, в какие только условия не помещали, – а результат один – ноль бактерий. И неудивительно. Ведь это то же самое, как если собрать в кучу несколько железок, стекляшек и кусков пластика и начать экспериментировать с ней, – уж как их не перетасовывай и в какие условия не помещай, но сами собой они не соберутся в телевизор.Абиогенез разбивается о невозможность образования сверхсложных систем путем «мелких шажков». Всё, что эволюционисты могут на это возразить – это голословные фантазии и кормления «завтраками», – мол, вот-вот, ещё немножко, и у нас самозародится клетка, надо только подождать, и вот тогда мы всё объясним. Всё, что у них получилось – это рост и деление микрокапель, в которые уже добавлены ферменты (А. Опарин), или подобные же реакции в каплях, получившихся после нагрева смеси аминокислот (С. Фокс), то есть, некие нежизнеспособные реакции в уже готовых «полуфабрикатах». И сам С. Миллер после полувековых опытов опубликовал статьи о нестабильности биомономеров. Таким образом, даже простейшей бактерии получить до сих пор не удалось.Теперь что касается дарвинизма, то есть, идеи о происхождении всех видов друг из друга, – и в конечном счете от общего предка, – при условии естественного отбора в борьбе за выживание. В его изначальном, «класическом» виде дарвинизм уже не используется. Наибольшее распространение имеет Синтетическая Теория Эволюции, которая пытается согласовать дарвинизм с генетикой, о которой сам Дарвин не подозревал. Вместе с тем существуют и получают распространение альтернативные варианты эволюции, – разнообразные сальтационистские модели (теория прерывистого равновесия Элдриджа, номогенез Бэра).Разница между ними весьма существенная. Согласно дарвинизму, изменения происходят в течение миллионов лет – медленно, ненаправленно, мелко, а согласно сальтационизму, эволюционные изменения происходят очень быстро, направленно, а потом – миллионы лет медленных адаптаций.Но, если уж говорить про несостоятельность этого «второго кита», то стоит указать главную уловку эволюционистов – то, что они из примеров изменения клюва выводят сам клюв, из изменения цвета крыла выводят само крыло, то есть из «параметрической оптимизации» выводят структурную перестройку, тогда как это принципиально разные вещи.