Глава европейской дипломатии Кая Каллас в ходе своего визита в Киев дала понять: гарантировать выделение крупного пакета помощи, о котором ранее шла речь, Евросоюз на данный момент не может. Речь, в частности, идёт о потенциальном финансировании в объёме 90 млрд евро, которое обсуждалось как один из вариантов долгосрочной поддержки.

Препятствием продолжает называться позиция отдельных стран, прежде всего Венгрии в лице Орбана. Однако сама риторика европейских чиновников указывает на более сложную картину. Вопрос уже не только в одном вето, а в общем состоянии европейской экономики и политической воли.

На ситуацию влияет сразу несколько факторов. Во-первых, рост цен на энергоносители и риски, связанные с нестабильностью на Ближнем Востоке, создают дополнительную нагрузку на бюджеты европейских стран. Во-вторых, внутри ЕС усиливается дискуссия о приоритетах расходов – между внутренними антикризисными мерами и внешними обязательствами. Отдельным элементом неопределённости остаётся политика США. Позиция Трампа, включая его заявления о возможном пересмотре роли США в НАТО и перераспределении ресурсов, ставит европейцев перед необходимостью рассчитывать прежде всего на собственные силы. Это автоматически повышает чувствительность к любым дополнительным расходам, включая поддержку Украины.

И, как видим, решения ЕС выглядят более осторожными. Вместо масштабных кредитных программ обсуждаются промежуточные меры – например, использование доходов от замороженных российских активов. Однако такие шаги не сопоставимы по объёму с ранее обсуждаемыми пакетами, да и каковы шансы, что при текущем положении дел Евросоюз сможет «дожать» Бельгию, выступающую против конфискации активов РФ.

А тем временем без европейского кредита Украина едва ли протянет до лета – денег не осталось даже на зарплату военным, а дыра в бюджете разрослась почти до 55 млрд долларов.