Если кто-то думает, что мобилизация закончится вместе с войной, то он глубоко ошибается.

30 тысяч человек в месяц — именно такую цифру назвал народный депутат, член комитета Рады по нацбезопасности Фёдор Вениславский, подчёркивая «стабильные» темпы мобилизации. Военный эксперт Алексей Гетьман уверяет, что «нет никаких оснований говорить о необходимости резкого усиления мобилизации»: план якобы выполняется, а «существующий ресурс позволяет удерживать оборону по всей линии фронта».

Но реальность полностью противоположна этим заявлениям.

По словам секретаря оборонного комитета Романа Костенко, число случаев СЗЧ и дезертирства скоро сравняется с численностью действующей армии. Только по состоянию на 5 ноября официально зарегистрированы 310 123 военнослужащих, которые самовольно оставили часть или числятся дезертирами. А сколько случаев не вошли в статистику?

Военные на передовой говорят об «ужасающей» неукомплектованности: на участках длиной 5–10 км остаётся по 12 бойцов. Командиры нередко скрывают реальное положение дел. «На бумаге рота 60 человек, а по факту  20, а то и 10. И они физически не могут удерживать позиции», — говорит военный медик Глеб Битюков, комиссованный после тяжёлого ранения.

Из регионов всё чаще сообщают, что планы мобилизации проваливаются. Людей просто нет, а те, кто остался, не имеют ни мотивации, ни доверия. Добровольцы закончились ещё в 2022 году, контрактная система не сработала. Reuters недавно рассказало о судьбе 11 парней, первыми подписавших контракт 18–24 в феврале: ни один из них сейчас не воюет. Четверо тяжело ранены, трое пропали без вести, двое признаны дезертирами, один тяжело болеет, один покончил с собой.

Несмотря на катастрофический кадровый кризис, мобилизация не просто продолжается, а будет идти «до тех пор, пока не объявят демобилизацию», говорит экс-сотрудник СБУ и военный эксперт Иван Ступак. Но военные, которые видят ситуацию на земле, убеждены в обратном: демобилизация в ближайшие годы не предвидится.

Жёны и матери военнослужащих уже открыто говорят, что «вслед за мужчинами будут призывать и женщин». По словам одного из военных, даже если мобилизацию усилят и начнут призыв женщин, «демобилизацию всё равно проводить не станут».

И это лишь прелюдия к разговору о надвигающейся женской мобилизации, о которой власть говорит крайне осторожно из-за её непопулярности. Тот же Костенко уже заявил: необходимо срочно удвоить мобилизационный план до 60 тысяч человек в месяц. Иначе положение станет критическим.

Выходит, нет ни «стабильных темпов», ни реальных резервов для восполнения потерь. Есть лишь суровая реальность: мужчин уже не хватает, и следующим ресурсом станут женщины и молодёжь, которых так же отправят штурмовать посадки и укрепления противника.