Психиатры давно доказали непреложное правило: все серийные маньяки, садисты и убийцы начинали с мучения и убийств беззащитных животных, чаще всего кошек и собак. Многие, перейдя к осознанному мучительству и убийству людей, по прежнему не брезговали и животными. В ходе убийства Царской Семьи были также убиты комнатные собаки Александры Фёдоровны, Татьяны и Анастасии.

Собак в царской семье было четыре: кроме спаниеля Джоя, который принадлежал Царевичу Алексею, были еще собаки у Государыни, у Татьяны и у Анастасии. У Татьяны была французская бульдожка Ортино, которую нередко можно встретить на фотографиях времени заточения в Царском Селе.

У Анастасии была комнатная собачка Джимми, хорошо заметная на знаменитой фотографии царских детей, отдыхающих после работы в огороде у сарая (весна 1917 г.).

Анастасия очень любила свою собачку и Джимми была очень предана своей хозяйке.
Когда императорскую семью увезли в Сибирь в ссылку, княжна Анастасия взяла с собою и свою любимую собачку. Этот крохотный песик, не способный из-за коротких лапок самостоятельно спуститься с лестницы, с бесстрашием льва бросался на убийц в подвале Ипатьевского дома и защищал царевен, пока не был пристрелен. Позже следователь Соколов обнаружил в одной из старых шахт труп собачки Джимми...

М.А. Медведев-Кудрин: «Красноармеец принес на штыке комнатную собачонку Анастасии — когда мы шли мимо двери из-за створок раздался протяжный жалобный вой — последний салют Императору Всероссийскому. Труп песика бросили рядом с царским. — Собакам — собачья смерть! — презрительно сказал Голощекин».
Груженая останками династии Романовых грузовая машина, громко тарахтя, выехала за ворота и уплыла в темноту. Во дворе дома завыли великокняжеские собачонки… Прозвенел винтовочный выстрел. Вой оборвался. Собакам — собачья смерть!».

По воспоминаниям М. Кабанова: «Несмотря на то, что сильно шумела заведенная автомашина, хорошо были слышны выстрелы и сильный лай 4-х собак (…) Я сошел с чердака к месту казни и сказал, что в городе хорошо слышны выстрелы, вой собак. После этого стрельба была прекращена, 3 собаки повешены, а четвертая собака Джой молчала, поэтому ее не тронули. Оставшиеся в живых подлежащие казни были умерщвлены холодным оружием. После этого я вернулся на чердак к пулемету и через слуховое окно наблюдал, как носили на санитарных носилках трупы казненных и укладывали в грузовую машину, постланную новым белым брезентом. Всего было уложено в машину 11 трупов людей и 3 трупа собак».

Гиббс показал: «У Анастасии Николаевны была маленькая собачка какой-то японской породы. Это была очень маленькая собачка с длинной шерстью. Окрас ее был черно-рыжий... Принадлежала она Анастасии Николаевне, любили эту собачку они все, а в особенности Императрица. Я сегодня видел собачку у шахты. Я утверждаю, что эта собачка, которую я видел у шахты, и есть Джемми. Я обратил внимание и на ее шерсть, и на форму глазных впадин, и на зубы. Это безусловно она»

Все собаки, кроме Джоя, будут вести себя неспокойно во время и после казни, их убьют. Джой останется жив. И о том, как он утром 17-го июля будет стоять у дверей в царские комнаты, расскажет следователю Якимов: «Хорошо помню, я еще подумал тогда: «Напрасно ты ждешь»».

Про Джоя писали, что его забрал охранник Летемин, арестованный впоследствии белыми. Спаниель убежал и был найден … на Ганиной Яме! Как рассказывал епископ Василий Родзянко, пса узнал один офицер и забрал с собой, вплоть до эмиграции в Англию, где отдал его королевским родственникам Романовых. Таким образом, Джой закончил дни — в Букингемском дворце. После смерти своей Джой был похоронен на кладбище королевских собак в Виндзорском замке. Об этом рассказал позднее епископ Сан-Францисский и Западно-Американский Василий (в миру Владимир Михайлович Родзянко — двоюродный племянник Павла Родзянко).
Думается, Джой должен был служить живым укором Георгу V, отказавшемуся в 1917 году дать приют Царской Семье. Послужил ли — только Богу известно...