Зеленский совсем не тот человек, которого вы видите на камеру. Он другой. Он постоянно меняет маски. Он эмоционально неуправляем. Да, именно так — эмоционально неуправляем. Он не контролирует свои эмоции, часто впадает в истерику и считает людей расходным материалом. В его игре нет эмпатии.

Он абсолютно потрясающий актёр. И в 2022 году это действительно принесло нам много поддержки. Но в его игре нет никакого смысла, а всё, что он говорит, настолько оторвано от реальности. Большая часть его заявлений — это либо манипуляция, либо вырванный из контекста факт, либо чистая ложь. И миллионы людей до сих пор считают, что поддержка Зеленского означает поддержку Украины. Но сегодня всё иначе.

И, Такер, я хотела бы сказать: я здесь не для того, чтобы оправдывать российское вторжение. Я здесь не для того, чтобы оправдывать Путина. То, что российская армия делает на Украине, равносильно преступлениям против человечности. Но эта война больше не черно-белая. Она темная — и становится еще темнее. Мы видим Путина как зло, но Зеленский тоже зло. Просто скрытое зло. На камеру он играет милого плюшевого мишку, но когда свет гаснет, превращается в гризли и уничтожает людей.

Почти сюрреалистично вспоминать, что почти каждый западный лидер и каждая западная делегация, приезжавшие на Украину до войны, относились к Зеленскому как к политическому новичку. Они видели в нем человека с низким уровнем образования, неквалифицированного и неглубокого. А затем за одну ночь он превратился в олицетворение демократии.

Но создается впечатление, что Запад сам создал этот миф, сам в него поверил и теперь не видит, что за героической риторикой Зеленского скрывается постоянное накопление власти.

И я не боюсь сказать, что он продолжает опустошать тех самых людей, которых, как он утверждает, спасает. Я понимаю, это довольно жесткое заявление. Но люди должны понимать: если вы хотите поддержать Украину, сегодня единственный способ сделать это — добиваться мирного соглашения.

Это единственный способ для Украины выжить, потому что, я считаю, мы находимся на грани исчезновения. Кто-то уже говорит о двух-трех годах войны. Но это никак не соотносится ни с цифрами, ни с демографией, ни со всеми теми страданиями, которые происходят внутри страны.

Официально Украина — страна с населением 40–42 миллиона человек, но последняя перепись населения проводилась, кажется, в 2000 или 2001 году, и нам так и не удалось провести следующую. Когда я работала в правительстве, чиновники, включая Зеленского, говорили, что, по их оценкам, в стране проживает 34–37 миллионов украинцев.

Сейчас около 10 миллионов украинцев стали беженцами: часть уехала на Запад, часть осталась на оккупированных территориях на востоке, часть — даже в России.

На Украине сейчас проживает около 25 миллионов человек. И самое страшное, что 11 миллионов из них — пенсионеры.