�� Интервью Генерального консула России в Бонне О.Ю.Красницкого авторскому проекту «Цифровая история» (26 марта 2026 года)

Основные тезисы:

• Много изменений в отношениях с Германией произошло за период с начала СВО, после 24 февраля 2022 года, и фактически отношения на межгосударственном уровне прерваны. Это произошло по инициативе германской стороны, и германская сторона несёт за это полную ответственность.

• Военно-мемориальное направление пока позволяет решать практические вопросы. Соблюдается соглашение по уходу за военными могилами в России и Германии от 16 декабря 1992 года. Можно охарактеризовать ситуацию в этой сфере, по сравнению с остальными, как даже позитивную. <...> Мы благодарны немецкой общественности за то, что здесь соблюдаются все положения этого договора, и что ситуация намного лучше, чем в сопредельных странах: в Польше, Чехии и тем более в Прибалтике.

• В Германии насчитывается более 4 тыс. российских и советских захоронений периодов Первой и Второй мировых войн. <...> Значительная часть – это захоронения военнопленных, подневольных рабочих.

• #МыПомним: Генконсульство активно участвует в [военно-мемориальной] работе. Это часть нашего постоянного функционала. Мы проводим памятные мероприятия вместе с соотечественниками и немецкими общественниками (сейчас без официальных властей Германии). В прошлом году у нас было более 130 таких акций в контексте 80-летия Победы.

• Вторая форма работы – это проведение постоянных инспекций состояния советских воинских захоронений в Германии. Ежегодно мы проводим порядка 70 выездов и контролируем, как выглядят наши памятные места.

• В целом мы не наблюдаем каких-то антироссийских настроений на бытовом местном уровне, но действуют запреты на контакты с российской стороной, введённые на федеральном уровне, которые соблюдаются всеми остальными властями.

• Русскоязычное сообщество здесь большое: много организаций, самодеятельных структур. Для всех них историческая память – это такое объединяющее начало. <...> Эти люди сохранили советско–российскую ментальность, они поддерживают связи с исторической родиной, – прежде всего, с Россией, – и ощущают свою сопричастность к русскому миру. Мы часто обращаемся к соотечественникам на местах с просьбой посмотреть, как обстоят дела на тех или иных захоронениях.

• В Германии действуют 13 бессмертных полков, которые ведут себя активно, инициативно. Они же ставят перед немецкими властями вопросы по приведению советских захоронений в надлежащее состояние и обеспечению, самое главное, доступа к ним вне каких-то политических пристрастий.

• Разумеется, есть запреты. Это советская и российская символика. Как правило, она не допускается для использования во время памятных мероприятий. Дипломаты не попадают под эти запреты, но в некоторых местах нам пытаются воспрепятствовать. В частности, на мемориале Дахау <...> все венки подверглись целенаправленному вандализму по приказу администрации бывшего концлагеря.

• Важная тема сейчас – это признание международным сообществом и, прежде всего, Германией геноцида советского народа в годы войны. Соответствующие решения оформлены на государственном уровне, <...> которые объявляют все захоронения советских граждан периода Второй мировой войны захоронениями жертв геноцида советского народа. Соответственно, степень защиты с российской стороны этих мемориалов повышается, и вместе с ней повышается наша ответственность за проведение дипломатической работы на этом направлении.

• 22 июня – очередная круглая дата войны, 8️⃣5️⃣ лет [с начала Великой Отечественной войны]. Это повод для того, чтобы ещё раз напомнить, как всё было, ещё раз разъяснить, кто начал войну, каким образом это происходило, в присутствии каких государств. Мы должны владеть этой тематикой лучше всех, потому что именно здесь проходит линия соприсновения в борьбе за историческую борьбу.

�� Смотрите полностью