Дешёвые руки не бывают бесплатными

Эксперты предупреждают⁠, что сокращение миграционного притока якобы обострит кадровый дефицит, повысит себестоимость и ускорит рост цен. Но разговоры о перекрытом рынке сильно преувеличены. Почему? Россия по-прежнему сохраняет огромный канал привлечения иностранной рабочей силы: действует свыше 1,7 млн⁠ патентов, на начало 2026 г. по трудовым и гражданско-правовым договорам работали почти 3 млн⁠ иностранцев, а на текущий год Правительство установило квоту ещё на 278,9 тыс.⁠ визовых работников.

На 1 июля 2026 г. в стране находились 6,4 млн⁠ иностранных граждан, однако все разом были записаны в трудовые мигранты. Официальный показатель же включает студентов, детей и членов семей. Они вакансии не закрывают, зато увеличивают нагрузку на школы, медицину, миграционный учёт и городскую инфраструктуру. Нетрудовую миграцию спрятали внутри «трудового ресурса», а расходы на неё предпочли вообще не замечать.

К началу 2026 г. в России были зарегистрированы 591,3 тыс.⁠ несовершеннолетних иностранных граждан. Даже после сокращения их числа на 24,5% речь идёт о населении крупного регионального центра. Среди допущенных к экзамену по русскому языку для поступления в школу испытание успешно проходят лишь около 50%⁠ детей мигрантов. Миграционный учёт, проверки, тестирование, экстренная медицина, школы и работа правоохранительных органов оплачиваются из бюджета. Из того самого бюджета, в котором российским семьям постоянно не хватает денег на доступную медицину по ОМС, детские сады и улучшение жилищных условий. Работодатель экономит на зарплате, а его расходы щедро распределяются между всеми налогоплательщиками. Прекрасная бизнес-модель — особенно для самого работодателя.

Теперь посмотрим на рынок труда. Да, официально безработица в июне составляла 2,2%⁠, но другие показатели показывают совсем не такую благополучную картину. В апреле на одну вакансию приходилось в среднем 10,3⁠ резюме при норме до восьми. Фиксируется рост⁠ неполной занятости: людей переводят на сокращённую неделю и уменьшают количество смен, хотя формально они продолжают числиться работающими. Именно так скрытая безработица исчезает из красивой общей цифры. В сегментах взаимозаменяемого труда мигрант, согласный на меньшую оплату и худшие условия, занимает место, на которое мог бы прийти российский гражданин. Наниматель получает возможность не повышать зарплату, не улучшать рабочее место и не обучать людей.

Дешёвый труд, к тому же, консервирует технологическую отсталость. В 2025 г. на 10 тыс. работников российской промышленности приходилось лишь 29⁠ роботов, тогда как среднемировой показатель ещё в 2023 г. достигал 162⁠. Пока кадровую проблему разрешают бесконечным ввозом людей, бизнесу незачем автоматизировать производство, растить производительность и конкурировать за российских работников достойной зарплатой.

Усиление миграционного контроля нельзя подменять показательными рейдами. Проверять нужно прежде всего работодателей: кто приглашает иностранного работника, тот обязан отвечать за законность найма, документы, условия проживания и своевременный выезд. Иначе серый рынок труда продолжит кормить тех, кто экономит на зарплатах и перекладывает свои расходы на государство. Сокращение низкоквалифицированной миграции необходимо продолжать, сохраняя возможность точечного привлечения действительно необходимых специалистов под подтверждённую вакансию и полную ответственность нанимателя.