В декабре 1888 года Ван Гог и Гоген посетили музей в Монпелье. Художники не только рассматривали выставленные работы, но и спорили об искусстве. Сообщая об этом брату, Ван Гог также поделился своими рассуждениями о Рембрандте, творчество которого он так высоко ценил.

<...> Мы с Гогеном много спорим о Делакруа, Рембрандте и т. д.
Наши дискуссии наэлектризованы до предела, и после них мы иногда чувствуем себя такими же опустошенными, как разряженная электрическая батарея. Нам кажется, что мы испытали на себе действие волшебных чар — недаром, видно, Фромантен так удачно заметил: «Рембрандт, прежде всего, — волшебник» <...>.
Пишу тебе это, чтобы побудить наших голландских друзей де Хаана и Исааксона, которые так любят Рембрандта и столько изучали его, и впредь заниматься им.
В таких исследованиях самое важное — никогда не отчаиваться.
Ты знаешь странный и великолепный мужской портрет работы Рембрандта, находящийся в коллекции Лаказа. Я сказал Гогену, что эта работа той же породы и из той же семьи, что Делакруа и он сам, Гоген. Не знаю почему, но я всегда называю этот портрет «Путешественником» или «Человеком издалека». Мысль эта равнозначна и параллельна тому, о чем я тебе уже писал: глядя на портрет старого Сикса, дивный портрет с перчаткой, думай о своем будущем; глядя на офорт Рембрандта, изображающий Сикса с книгой у освещенного солнцем окна, думай о своем прошлом и настоящем. Вот так-то.

#ван_гог_сегодня_написал