Чего на самом деле добивается Турция в Казахстане

Борисов Денис, кандидат исторических наук, заведующий лабораторией-центром региональных сравнительных исследований «Россия — Центральная Азия» НГУЭУ, директор АНО «Сибирское общество международных исследований» специально для Азиатского Экспресса

Турция является заметным внешнеэкономическим партнёром Казахстана, но переоценивать её значение не стоит. Здесь важно смотреть на динамику и на общий контекст международных связей Астаны. По масштабу экономического взаимодействия Турция пока не в той лиге, что Россия и Китай. По итогам 2025 года товарооборот Казахстана со странами ЕАЭС составил 30,9 млрд, из которых 88,6 пришлось на Россию, то есть примерно 27,4 млрд. У Турции — рекордные, но всё же около 5,4 млрд. Для сравнения: товарооборот с Китаем — около 34 млрд. Поэтому с экономической точки зрения Турция была и остаётся для Казахстана заметным, но всё же вторичным партнёром.

Второй момент: журналистам часто хочется сделать сенсацию на ровном месте, но не стоит превращать сам факт нынешней встречи в экстраординарное событие. Это уже 14-е заседание межправкомиссии, то есть перед нами не какой-то исторический прорыв, а устоявшаяся дипломатическая практика. Более того, если посмотреть на повестку, эту встречу вполне можно назвать рутинной: торговля, инвестиции, транспорт и логистика, энергетика, цифровизация, сельское хозяйство, здравоохранение, гуманитарное взаимодействие. Если посмотреть повестки хотя бы за последние пять лет, принципиальных отличий там почти не найти. Казахстанская сторона прямо напомнила, что и заседание комиссии в Анкаре в 2024 году работало в той же логике. Иными словами, сами по себе новые протоколы здесь ещё не означают качественно нового уровня влияния.

Одной из причин столь пристального внимания к дипломатическим шагам Анкары в регионе является особое умение Турции удерживать дискурс. Этого у неё действительно не отнять. Анкара последовательно продвигает образ «тюркского мира» и собственной ведущей роли в нём — не только через политику как таковую, но и через язык символов, визитов, площадок и публичных формулировок.

Турецкий вице-президент в Астане прямо увязал энергетическое партнёрство с Казахстаном с экономической интеграцией тюркского мира. И здесь вполне проглядывается давняя стратегическая линия Анкары — стать ключевым, а желательно и незаменимым энергетическим хабом между Азией и Европой. В этом смысле главный политический смысл нынешнего визита, на мой взгляд, состоит не столько в подписанных бумагах, сколько в подготовке к майской встрече на высшем уровне. Президент Токаев, собственно, это и подтвердил, отметив, что встреча с Эрдоганом запланирована на 14 мая.

При этом турецкий самопиар не стоит путать с реальным признанием турецкого первенства. Если разговаривать с казахской аудиторией, далеко не все там готовы безоговорочно принять Анкару как естественный центр всего тюркского пространства. И здесь особенно показателен маршрут визита: Джевдету Йылмазу показали не только Alem.ai, но и Национальный музей Казахстана. Это вполне можно читать как тонкий дипломатический сюжет — напоминание о том, что история тюркского мира для Казахстана не сводится к Турции и тем более не начинается с Анкары.

Турецких граждан, чрезмерно увлечённых тюркской идеей, вообще полезно чаще водить в музеи Астаны, Бишкека, Горно-Алтайска и Барнаула, напоминая, что тюркское пространство исторически разворачивалось с востока на запад — от Алтая к Малой Азии, а не наоборот.

#Казахстан #Турция
@ExpressAsia