«В циничном споре израильтян и палестинцев о сексуализированном насилии проигрывают все»

Очень понравилась статья Далии Шейндлин в Гаарец, ниже полный перевод

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН КИРИЛЛОМ ФЕЛИКСОВИЧЕМ МЕДВЕДЕВЫМ, ЯВЛЯЮЩИМСЯ УЧАСТНИКОМ «РОССИЙСКОГО СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ», ВКЛЮЧЕННОГО В РЕЕСТР ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ 18+

Как вы реагируете на две новости в течение двух дней — о том, что совершены самые ужасные преступления в человеческой истории — изнасилования, пытки сексуального характера и надругательства? На этой неделе о них стало известно всем, кто интересуется Израилем и Палестиной.

В статье ветерана New York Times Николаса Кристофа, основанной на тщательном исследовании, представлены ужасающие документальные свидетельства сексуального насилия над палестинцами со стороны израильских тюремных властей. Тем временем, Израильская гражданская комиссия, гражданская инициатива, сформированная после 7 октября, опубликовала свой почти 300-страничный доклад о сексуальном насилии со стороны ХАМАС 7 октября и о сексуальном насилии над заложниками.

В подавляющем большинстве реакций, которые я наблюдала на протяжении недели, речь идет об одном — о том, что нашу сторону очерняют, тогда как на самом деле злом является их сторона. Это неудивительно; в конце концов, гораздо комфортнее ощущать себя только жертвой — сексуального насилия или клеветы — а ни в коем случае не виновником. Никого уже не должно удивлять, что трайбалистские эмоции автоматически заставляют людей игнорировать доказательства преступлений «своей стороны» и одновременно цепляться за доказательства собственного страдания.

Но еще один скрытый смысл этих дебатов часто остается незамеченным, хотя он крайне опасен: дело в том, что каждая из сторон претендует на уникальность.

Логично, что накал страстей в конечном итоге приводит каждую из сторон к тому, что их оппоненты — самые ужасные в мире преступники, а они сами — жертвы, страдающие больше всех. Мы чаще всего подвергаемся клевете, нам меньше всего верят, — звучит с обеих сторон. В четверг Израиль даже объявил о планах подать в суд на The New York Times за клевету.

Почему израильтяне и палестинцы так убеждены, что и нет и не может быть ничего страшнее преступлений противоложной стороны, и почему эта убежденность настолько губительна?

К черту правду, если она против меня

Во-первых, необходимо понять, для чего нужны попытки дискредитировать обвинения в сексуальном насилии — именно здесь коренится убежденность в том, что наша сторона подвергается ни с чем не сопоставимой клевете, и что именно нас превращают в жертву и отказывают нам в доверии.
Читатели, поддерживающие Израиль или Палестину, отреагировали на публикации этих двух статей мгновенно, словно автоматически. Каждая сторона выискивала недостатки другой, даже не рассматривая возможность тщательной экспертизы отчета, документирующего злоупотребления в отношении «своего» народа.

Многие публиковали в интернете красноречивые, полные боли реплики о том, что обвинения в адрес их стороны представляют собой глобальный коллапс стандартов доказательной базы, смерть фактов и истины, беспрецедентные пропагандистские выдумки или смерть журналистики. Такие высказывания, безусловно, приносят авторам чувство удовлетворения, ведь в течение этих 10 минут они могут слушать самих себя, а не рассказы жертв о ректальном изнасиловании.

Конечно, я разделяю стремление к тому, чтобы все факты были безупречными; все источники — неопровержимыми; все свидетельства — подтвержденными лично. Но жизнь и сексуальное насилие в условиях конфликта не могут гарантировать всего этого.

Во-первых, организации, опубликовавшие эти два доклада, не эквивалентны. «Нью-Йорк Таймс» — СМИ, и в этом качестве освещала все стороны вопроса. В декабре 2023 года оно опубликовало масштабное расследование сексуальных преступлений ХАМАС 7 октября, а позже — разоблачение сексуального насилия над заложниками в Газе.

Статья Кристоф была опубликована в рубрике «Мнения» потому что он колумнист, а не для того, чтобы избежать проверки фактов.

Дальше