От «Макса» до «Маха»: как мы с кириллицей дружим, а с именами — не очень

В России всё чаще звучат разговоры о переходе на кириллицу. Недавно, например, в Москве приняли нормы, что вывески на иностранных языках обязаны дублироваться русским шрифтом. И это правильно. Законодательство обновляется, улицы преображаются, а вот с названиями цифровых сервисов у нас как-то не очень дела.

Сейчас вовсю раскручивают новый национальный «мессенджер» (и тут синоним нужен: «система обмена электронными сообщениями», например, а как в одно слово упаковать — подумаю) — «Мах», по-русски звучит как «Макс». Но почему буквы-то английские?

Слышала, что программа названа в честь одного из наших руководителей цифровых технологий. Но у него-то в паспорте не Maxim, а «Максим» же написано? Верно? Чем приложение хуже?

Поэтому — приняла для себя взвешенное решение. Буду называть эту систему обмена электронными сообщениями «Мах» [мах], потому что так правильнее. Раз уж нам дали «Маху», то будет «Мах», а не «Макс».

Я за русский язык, за кириллицу и за традиции.