Попадание в российский перечень «террористов и экстремистов» Росфинмониторинга сильно усложняет жизнь во всех сферах. Даже для тех, кто в России не живет. Одна из проблем — банки по всему миру, ссылаясь, кроме прочих, на российские и беларусские списки, блокируют счета

С BBC очень подробно разобрались, почему то происходит, и как люди решают эту проблему.

Кто может оказаться в списке Росфинмониторинга?

Российский список, безусловно, полон людей, которые действительно имели отношения к радикальным опасным группировкам, но по соседству с ними — люди, которые написали комментарий или пост в соцсети, работали и волонтерили в оппозиционных организациях. Более того, недавно перечень статей, по которым включают в список, сильно расширили: это любые формальным преступления с отягчающими обстоятельствами: по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды (тут любой следователь через нужную экспертизу устанавливает «мотив» в любых высказываниях и действиях), статьи военной цензуры 207.3 и 280.3 УК (дискредитация и фейки о ВС РФ), призывы к «сепаратизму».

В Беларуси вообще не парятся и не генерируют новые статусы, и притягивают всех людей оппозиционных взглядов по «экстремизму». В общем, разобрать, где реально опасные люди, а где внесенные по политическим мотивам для иностранного банка сложно.

Кто принимает решения о блокировках и собирает данные от стран?

Банки действуют по рекомендациям международных организаций: FATF (Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег), Egmont Group (объединение финансовых разведок). Они следуют принципу «снижения рисков».

Раньше Россия играла ключевую роль в Евразийской группе по противодействию отмыванию денег, но после нападения на Украину членство в FATF приостановили. Также из-за подорванного доверия к Росфинмониторингу, Egmont Group приостановила членство российской структуры. Чтобы обойти ограничения, Россия использует другие юрисдикции (Казахстан, Армения, Беларусь) и двусторонние соглашения со странами СНГ, ЕАЭС, БРИКС и ШОС для обмена данными.

Удается ли решать такие ситуации с теми, чье внесение в список — акт политических репрессий?

У европейских и других международных регуляторов пока нет четкого понимания, как бороться со злоупотреблением комплайнсом со стороны недемократических стран. Они работают над новыми правилами, но это долгий процесс. Мы помогали по таким обращениям еще в 2022 году, со стороны, например, грузинских банков. Уже после блокировки проблему иногда удается решить через публичность, работу с юристами, прямые переговоры с банками, обращения к регуляторам, однако некоторые пути очень долгие и дорогие.

Вывод пока неутешительный: международные системы, созданные для борьбы с отмыванием денег и терроризмом, используются авторитарными режимами для преследования политических оппонентов, и системного решения для предотвращения этого пока нет.