Итоги ЕДГ-2020 по партспискам: системная оппозиция (ч. 2)

1. От активности малых партий и снижения явки в 2020 году сильнее всего пострадала ЛДПР.
До пенсионной реформы ЛДПР проводила региональные выборы куда слабее федеральных. А вот в 2018-2019 гг. ЛДПР даже на кампаниях в ЗС подросла до уровня не ниже успешных думских выборов.
В 2020 году это преимущество ЛДПР ушло, партия потеряла 6-8% к думским результатам. Неустойчивые сторонники Жириновского, видимо, заинтересовались новичками и малышами – тоже с массированной агитацией просто за бренд, без чёткой идеологической платформы и без имиджа «жёсткой оппозиции» (всё, как и у самой ЛДПР).
Дальнейшая раскрутка малых партий позволит Кремлю в 2021 году попытаться вернуть ЛДПР в более привычную в 2000-е зону вокруг 8% - вместо достигнутых в 2016 году 13%.

2. Под натиском новых партий и пропустив целый ряд губернаторских кампаний, в 2020 году КПРФ удержала свой ядерный электорат и почти не сдала позиций по сравнению с выборами в Госдуму (с поправкой на меньшую явку).
Но кампания в Госдуму в 2016 году сама была разочарованием для КПРФ (лишь 13%). А сейчас КПРФ уже не смогла нарастить круг сторонников, как это удалось во время пенсионной реформы и, меньше, в 2019 году. «Эсеры» и малые партии выполнили тактическую задачу власти в этот ЕДГ – не дать КПРФ (наряду с ЛДПР) аккумулировать ситуативное недовольство.
Зато КПРФ удалось снизить отток голосов в пользу «псевдокоммунистов» (КПСС и «Коммунисты России»). Также КПРФ (пока?) остаётся основной партией городского протеста в большинстве крупных городов, где получает около 20%.

3. «Справедливая Россия» выступила лучше ожиданий, хотя ей первой угрожало вытеснение новыми партиями.
Партия прошла во все Заксобрания, кроме «особой» Белгородской области, пусть в ряде случаев лишь на 5-6 месте. Результаты «СР» не слишком снизились с прошлых кампаний в ЗС (кроме Новосибирской и Магаданской областей) и оказались на уровне выборов в Госдуму, впрочем, не слишком удачных для «эсеров» (6%).
После ЕДГ-2020 «СР» остаётся в борьбе за сохранение в качестве полноценной думской партии – но уже в зоне 5-6%, как и в 2016 году.

4. Среди малых партий два явных претендента на проход в Госдуму по спискам (5% по РФ, с учётом разного «веса» малых и крупных регионов):
- «Партия пенсионеров», которая даже без яркой кампании, за счёт «социального» бренда, добилась успехов почти во всех Заксобраниях (7 из 9 регионов) и в ряде городов (Чебоксары, Оренбург, Смоленск, Калуга, Орёл, Иваново, Подольск);
- «Новые люди», чья кампания в 2020 году стала самой ресурсной и заметной и которой на руку то, что её пока не воспринимают как нишевую партию только для «либералов». Но «Новые люди» успели зайти на выборы лишь в малое число городов.

А вот для «За Правду» и «Родины», теряющих в актуальности «Коммунистов России», двух конкурирующих «экологических» брендов («Зелёная альтернатива» и «Зелёные»), судя по ЕДГ-2020, пока более реалистичная перспектива – это борьба за госфинансирование (3%), укрепление в отдельных Заксобраниях (выборы в 39 регионах) и отдельные округа в Госдуму в опорных регионах.

5. Предпосылки для проектирования Госдумы из 5 или 6 полноценных фракций (>5% по спискам) видны при нескольких условиях:
1) готовность власти к снижению общего результата «Единой России» - в зону к 45% (вместо 54% в 2016 году);
2) решение проблемы резкой диспропорции по явке и результатам в обычных регионах – и в зонах «электоральной мобилизации» (ряд нацреспублик и областей, село), дающих «ЕР» львиную долю федеральных голосов;
3) ослабление ЛДПР до менее 10% (чему может помогать также активность «За Правду» и «Родины»);
4) удержание КПРФ в рамках её ядерного электората, активизация новых партий в городах;
5) активные федеральные кампании наиболее успешных «социальных» («Пенсионеры») и амбициозных «новых» брендов («Новые люди»), включая и появление у них сильных одномандатников (хотя это не выгодно «ЕР»). Раскрутке малых партий весьма помог бы и ещё один, промежуточный, региональный ЕДГ.