По текущему. Думаю, Боня это не сама придумала. Кто-то из какой-то башни Кремля предложил ей своими словами высказаться на ряд тем — а уж они обеспечат, чтобы ее ролик посмотрело первое лицо. Думаю, что постоянно живущая за границей инстабимба знать не знает, что такое система “Честный знак” и что с этой системой есть какие-то проблемы. Считайте это чем-то вроде обращения трудовых коллективов в советское время: инициатива снизу по поддержке инициативы сверху.

Что за инициатива сверху? Мне кажется очевидным, что стремление силовиков поставить интернет под запретительный контроль встретила сопротивление среди гражданской части российской элиты, которая опирается на широкие народные массы (в том числе на рядовых бойцов, а также на нас с вами) и поэтому чувствует силу. Вот эта башня Кремля и организовала Боню.

Хорошая новость: в Кремле сигнал считали. Об этом говорит ответ Пескова: мол, ролик посмотрели, законспектировали, по всем вопросам ведется работа. Если бы сигнал не считали, Песков бы ответил что-нибудь вроде “президент не следит за блогерами в запрещенных соцсетях”.

Плохая новость: ничего не закончилось, всё только начинается. Во-первых, курс на суверенизацию интернета никто не менял и менять не будет. Вопрос в том, найдут ли способ этот курс проводить без погромов и встречных народных волнений.

Во-вторых, по состоянию на сегодня не меняется и исполнительная линия: продолжают идти новости, как Минцифры душит трансграничные каналы, обязывает хостеров отказывать в размещением ВПН-сервисов и так далее. Конечно, это могут быть встречные процессы: все меняется на лету, дивизия начала перегруппировку, а штурмовые роты приказа прекратить наступление еще не получили.

Но может быть и такое, что Максута Шадаева просто бросили на убой. Пускай он сейчас примет самые крутые меры, соберет на себя весь негатив, а там посмотрим. То, что бесит граждан, можно и откатить или хотя бы перестать продавливать, а остальное оставить. Ну действительно, кому там будет дело до хостинга ВПН.

Надо сказать, это вполне в путинском стиле: дать разным башням Кремля подраться под ковром и посмотреть, чья возьмет. По воспоминаниям, так же руководил Сталин, что проявлялось, например, на совещаниях: он допускал и даже поощрял самые жаркие споры, а сам молча ходил вокруг стола, пыхтел трубкой, слушал и делал выводы.

И наконец, в-третьих. Дальнейшие события зависят от того, получится ли локализовать недовольство, или характерное для первых лет СВО искреннее единение власти и народа ради общего дела окажется утеряно. В таком случае частный вопрос интернет-блокировок рискует перерасти в крупный общественный кризис, когда власти припомнят всё, что накопилось за много лет.

Не хотелось бы такого.