Рядом с Кушвой - Баранчинский, еще один старый заводской поселок. Кушвинский, Баранчинский и Верхнетуринский заводы когда-то образовывали сердце Гороблагодатского горного округа. Все они прошли реконструкцию начала XX века: в Кушве сосредоточили плавку металла, а в Баранчинском и Верхнетуринском выстроили новые красивые механические цеха.

В годы Первой мировой войны сюда перебросили завод "Вольта" из Таллинна, и он стал жить в этих цехах уже под именем Баранчинского электромеханического завода имени М. И. Калинина. У БЭМЗа очень славная история. Здесь делали электромоторы для насосов, которыми откачивали воду из затопленных шахт Донбасса в годы Великой Отечественной войны. Однако сегодня БЭМЗа более нет, цеха пустуют и занимает их черт знает что, склады, металлобазы.

Абсолютно ясно, что этот драгоценный памятник архитектуры (еще и в обрамлении красивейших уральских гор) должен уже работать только креативным кластером, а никаким не складом. Гвозди микроскопом забивать не надо! Но, увы, пока есть, что есть.

Но добыча на горе Благодать продолжается: с юга в гору вгрызлась шахта "Южная". Там везде отвалы. Научный работник вскарабкался на отвал и был вознагражден великолепной панорамой рудника.

В Нижнем Тагиле я забредал в индустриальную зону обогатительной фабрики и шахты "Магнетитовая", но тогда я шел у подножия гигантов - удивительно чувствовать себя маленьким и в местах, которые не для людей, а для потока руды. А тут над "Южной" словно паришь, она под ногами - и слышен тяжелый гул работающих механизмов, тот самый незабываемый звук функционирующей промзоны. Шахта не спит, ее не останавливают - ночью явится третья смена. (Под землей неважно, день или ночь наверху). Над копром шахты (он огромный) - красная звезда, а на одном из вертикальных столбов системы транспортировки выложено кирпичом "Слава КПСС!"

Первая фабрика, 1928 года (источник), реально была начата еще до революции, потом процесс строительства прервался, и лишь в конце 1928 годов, по словам Наталии Калгановой, советское правительство окончательно выкупило частично оплаченное оборудование, соорудив в Кушве первую в стране аглофабрику и канатную дорогу.

Кушва, таким образом, стала первым городом, где была освоена технология агломерирования руды. Спустя 3 года начала работу аглофабрика Керченского завода, которую часто считают первой; табачные руды Керчи нельзя перерабатывать без спекания. (Со спеканием тоже нельзя, но это выяснили позднее). Эта фабрика, конечно, была гораздо мощнее Гороблагодатской. Примерно тогда же в Енакиево ввели первую аглофабрику, оснащенную отечественным оборудованием.

В 1937 году заработала аглофабрика Магнитогорского завода - образцовый, лучший в СССР рудник с прекрасной подготовкой руды. И только в 1944 году пустили Высокогорскую аглофабрику - на базе эвакуированного из Керчи оборудования.

Примерно с того же места аглофабрика Гороблагодатского рудоуправления в советское время. Вот эти узнаваемые "рога", признак аглофабрики - две трубы аглопечей. Это не такое частое зрелище. "Рога" аглофабрики до сих пор хорошо видны в Нижнем Тагиле - Лебяжская аглофабрика; в Магнитогорске - старейшие аглофабрики там снесли, но две советские еще работают и видны надо городом, а есть еще новая, гигантская за горой; есть аглоцех в Челябинске и в Серове; наконец, своя аглофабрика в Новотроицке. А вот старейшие аглофабрики - Высокогорскую в Тагиле, Гороблагодатскую и старые цеха Магнитогорска - снесли.

Карьер Гороблагодатского рудника. Я видел все четыре крупнейших железных рудника Урала - Высокогорский, Бакальский, Магнитогорский и вот теперь Гороблагодатский. Чудесную погоду вчера каким-то чудом вызвали организаторы фестиваля "Из недр к сути" (это старые добрые пышминские "Книги, кофе и другие измерения", их фестивальная программа, в которой и автор сего канала поучаствовал).

А вечером мы поднялись на обзорную площадку горы Благодать вместе с директором Кушвинского музея Наталией Калгановой. Она-то и объяснила: окружающие просторы - на деле заросшие хвостохранилища, несколько обогатительных фабрик уже канули в лету, в том числе первая на Урале обогатительная фабрика 1928 года. От главного обогатительного комплекса 1950-х годов остались только две трубы.
Это, конечно, должен быть историко-природный парк. И какое имя дал горе Василий Татищев! Благодать - это перевод имени царицы Анны с еврейского. Ловкий ход придворного, но... скрытый смысл забылся, а красивое имя осталось. Спасибо тебе, Василий Никитич!

А к вечеру этого дня стало пасмурно, тучи появились; суровая серость бетона и неба, мое любимое здание НИИ водного хозяйства. Брутализм, братцы!

Главный учебный корпус - солнце уже высоко; вы знаете мою теорию - площадь Первой Пятилетки на Уралмаше надо смотреть утром (мало кто доезжает), а главный корпус УрФУ - вечером. Рано утром солнце поднимается из-за него, а вечером оно заглянет ему в окна; теплый золотой свет растечется по громадному вестибюлю, и будет там уютно и хорошо. Но днем здание стоит как сахарное, оно белое и аккуратное; здесь на диво спокойно и просторно.

Городок чекистов утром. Фантастически импозантное это здание.

Да вы сами посмотрите!

Опять же, отчего потеплело сегодня? Да оттого, что К. Д. сегодня явился впервые, кажется, в жизни на пару минут за сорок до ее начала аки грифон когтящий, а не вбежал в последнюю минуту по заветам Гэндальфа. А когда спешишь сломя голову, легко забыть, как красив Екатеринбург ранней осенью.

Институт метрологии и сквер "за оперным"

Ветка через Абдулино уходит к югу, через Бугуруслан и Кинель - на Самару. А ветка через Бугульму бежит к Ульяновску-Симбирску. И здесь тоже знатные мельницы! В самом центре Бугульмы, за жилыми домами, спряталась огромная мельница Ивана Кузьмина 1911 года постройки. Пятиэтажные хрущевки, а во дворе этакое чудо. Увы, заброшенное...

В 1990-х годах тут остановили мукомолье. Здесь бы жить креативному комплексу, но... что-то не складывается. Хотя - а большие мельницы Самары? А мельница Зязина в Ирбите? А виденная выше мельница в Абдулино? Драгоценное наследие предреволюционных десятилетий, и везде одно и то же.

Когда говорят у нас о Великой Отечественной войне, то картины ясные - танки, пушки, люди льют сталь... Но мощь домен Магнитки, цехов Вагонки, танков и пушек - вся она держалась на этих старых мельницах и элеваторах, дававших хоть сколько-то муки голодной, сражающейся стране. Металлургические и тракторные заводы Урала были новые, а вот мельницы - все старые.

Главные замки - это, конечно, большие бетонные элеваторы Госбанка. Их возводили с 1910 года и успели к началу Первой мировой войны соорудить порядка 26. Эти могучие элеваторы должны были обеспечивать хлебный экспорт Российской империи.

Из 26 элеваторов как минимум 3 находятся на Урале. Это хорошо известный элеватор в Челябинске и куда менее известные, но не уступающие ему по размеру элеваторы в Абдулино и Давлеканово (возможно, зернохранилища Белебея и Чишмы тоже дореволюционные). Они стоят по линии Транссиба; дальше еще один такой зерновой замок высится в Кинели (станция Толкай) и, наконец, в Самаре, там он выходит к реке. Другой речной элеватор - в Набережных Челнах.

Это самые, очевидно, крупные здания региона дореволюционной поры за вычетом религиозных сооружений. Абдулинский еще и сохранил "крылья"-пристройки.

Великолепная паровая мельница купца Константина Марканова в Абдулино была построена в 1911 году. Оборудование поставляла, очевидно, фирма "Антон Эрлангер и Ко", созданная русским немцем Антоном Эрлангером - он, мукомольный король Москвы, охотно продавал оборудование мукомолам из провинции. Архитектура мельницы выдающаяся, на Урале мне неизвестны аналоги - это очень легкое, модернистское здание, уже близкое к "светлой фабрике": никаких глухих сводов, никаких контрфорсов; я полагаю, железобетонный каркас? Много света, большие окна... Жаль, что это выдающееся здание сейчас заброшено.

Для таких хлеботорговых сел как Абдулино подобные мельницы - подлинные замки; огромные здания, высившиеся когда-то над одноэтажными селениями. Удивительное путешествие можно составить по хлебному Приуралью и Зауралью, путем хлеба, от Кургана через Челябинск, к Давлеканово, Абдулино, Бугульме и дальше в Самару. Но главные замки были даже не эти, а еще более грандиозные сооружения.

Все видео лектория «Заводской авангард»
В честь дня знаний добрались выложить на наш ютуб записи всех лекций, прочитанных в Центре «Зотов» с великой идеей продвинуть изучение промышленной архитектуры. Продвигаем! Всего в четыре лекции мы уместили главное, что нужно знать о проме — от истории индустриальной архитектуры до рабочей истории. Спасибо «Зотову» за поддержку.

🏭 Горячие сенсации Хлебозавода № 5
Константин Гудков, историк, независимый исследователь, канал «кооператив 1931»
В первой серии мы заходим с козырей и рассказываем детективную историю, как установили имя архитектора, который спроектировал тот самый круглый хлебозавод, где сидит Центр «Зотов» (и нет, это не инженер Марсаков). Что он ещё построил и как сложилась его жизнь. Ну и конечно рассказываем про сам легендарный хлебозавод

🏭 Хлебный авангард. Все хлебозаводы Москвы и что они сегодня производят
Константин Гудков, историк, независимый исследователь, канал «кооператив 1931»
Разговор про все-все-все хлебозаводы Москвы (а их 14! и авторы были известны у примерно 4). В чём была роль американцев, почему в итоге отказались от гениальной системы Марсакова, и главное, что можно делать с хлебозаводами, если не сносить

🏭 Хлеб и город. Продовольственная политика, труд и будущее рабочей истории
Егор Мишин, историк, ЕУСПб, канал Petroworkers
О том, как заводские рабочие перестали быть «наполнением» завода и превратились в действующих лиц — сначала для владельцев заводов (1850–1910-е), затем для историков (1950–1980-е), а теперь — и для историков архитектуры (пора!)

🏭 Дворцы производства: проблемы изучения индустриальной архитектуры
Константин Бугров, историк, УрФУ, канал Уральский индустриозавр
Обязательная база о главных этапах истории промышленной архитектуры. Когда их эстетика то мимикрирует под дворцы, то под жилую застройку, то подчиняется производственной рациональности, а теперь служит экономике впечатлений. И немного о том, как сохранение прома эволюционирует вместе с обществом

Один из хлебных центров Приуралья - город Абдулино на железной дороге, на самой границе Оренбургской области и Башкортостана. Это уже Оренбуржье.

Абдулино поднялось на железной дороге, став важнейшим центром мукомолья. Здесь появилось несколько крупных мельниц, а также два элеватора. На фото - новый, выстроенный в 1973 году, с величественной башней.

Я несколько раз писал и говорил о замечательном (и, увы, ныне заброшенном) мартеновском цехе № 2 Златоустовского завода, выдающемся памятнике промышленной архитектуры времен Великой Отечественной войны. Его ввели в строй в 1944 году.

Фотографии его экстерьера хорошо известны, а вот фото интерьера (Советский Союз, 1956, № 6) авторства В. Кунова. В 1934 году специалист по стальным конструкциям Б. А. Дзержкович (он рассчитывал шарф "Рабочего и колхозницы") писал о мартеновском цехе (не об этом, об азовстальском, но не важно): "Эстетическое впечатление здесь получится едва ли сравнимым с впечатлением от архитектуры какого-либо здания и определится в значительной мере эффектами контрастной освещенности конструкций пламенем печи и жидкого металла, которыми художник не преминет воспользоваться и в которых потонут все схемы и детали". Все так!