Антропоморфные роботы с оружием пока ещё очень далеко

Член РАПК, интернет-технолог Захар Рубцов и его еженедельная рубрика:

Если говорить о том, какие страны достигли успехов в развитии искусственного интеллекта, несомненно, одними из лидеров будут ОАЭ. В Абу-Даби объявили о достаточно амбициозной цифровой стратегии: к 2027 году там хотят стать первыми в мире, кто встроит ИИ во все цифровые госуслуги, внутренние механизмы и управленческую инфраструктуру. И, да, с одной стороны это звучит как технократическая мечта, с другой же – это заявка на новую модель государства, где чиновник перестаёт быть главным интерфейсом между человеком и системой.

Разумеется, как идея в вакууме – довольно любопытно. Искусственный интеллект ведь действительно может забрать на себя множество задач, и когда об этом рассуждают, обычно подразумевают автоматизацию. Условно: госуслуги в стране теперь работают полностью на нейросетях, значит сервис должен стать удобнее, работать оперативнее и с повышенным качеством. Но есть один нюанс, и он большой. Государство – не какое-то приложение в айфоне, интернет-магазин и не сервис по доставке еды. Если ИИ ошибётся в коммерческом сервисе – это будет раздражать, возможно даже принесёт убытки. А вот если искусственный интеллект «заглючит» в госуправлении – последствия могут оказаться куда более плачевными.

Писатели-фантасты пророчили человечеству будущее, в котором «антропоморфные роботы с оружием в руках захватят власть», но пока до этого далеко. А вот риск того, что на замену обычной бюрократии придёт автоматизированная, которая принимает решения быстро и, что важно, непрозрачно, вполне реальный. Отдельная же проблема – данные. Для того, чтобы ИИ в государстве работал хорошо, ему нужны большие, качественные и связанные массивы информации. Чем больше таких данных собрано в одной системе – тем выше цена ошибки или утечки.

Думаю, на примере Абу-Даби мы видим новый тренд, и в ближайшие годы за эмиратом точно потянутся другие богатые и централизованные государства. Но нужно понимать, что здесь нужны очень большие инвестиции и качественная инфраструктура (одни дата-центры чего стоят). Поэтому, думаю, большинство государств будут смотреть в сторону точечных ИИ-модулей. Т.е. внедрять искусственный интеллект в отдельные сервисы и структуры. Пожалуй, это наиболее вероятный путь.

Член РАПК Алина Жестовская –  о запросе избирателей на решение реальных проблем.
 
 Россияне сегодня больше обеспокоены бытовыми вопросами, нежели блокировками интернета. Такие результаты показали качественные исследования, проведенные нашим социологическим консорциумом. Мы задавали открытые вопросы, не смещая фокус на ограничения в сети. Если модератор фокус-группы или один из респондентов не напоминал участникам о Telegram, «белых списках» и замедленном YouTube, то абсолютное большинство людей вообще не вспоминало о данных событиях, тем более не причисляло их к основным проблемам своего региона.

Одним словом, людей на территориях тревожат более прикладные и насущные вопросы. Особенно в контексте грядущей кампании по выборам депутатов Государственной Думы. Можно ли объяснить это резко повысившимся уровнем цифровой грамотности, который позволяет, пусть и с определенными сложностями, обходить блокировки, или тем, что невывезенный мусор во дворе, очередь в поликлинике или ежедневная пробка на выезде из «человейника» доставляют жителям региона больше дискомфорта, чем сложности с вечерним скроллингом рилсов?

Что же касается коммуникации с кандидатами и будущими депутатами нижней палаты, то респонденты в регионах традиционно и неизменно желают лично пообщаться с политиками и увидеть от них реальное решение конкретных проблем, а не громкие, но бесперспективные заявления в соцсетях и уж тем более поздравления и пафосные посты.

Таким образом, можно выдвинуть гипотезу, что в текущем сезоне кандидат, залатавший ямы на дорогах или построивший детскую площадку, уверенно выиграет у цифрового оппонента с формальными многотысячными охватами.

Электоральный юрист, член правления РАПК, к.п.н. Олег Захаров об обзоре судебной практики по избирательным спорам Верховного суда в еженедельной рубрике «Электоральные юризмы»:

Верховный суд провел хорошую работу над ошибками и развеял ряд стойких заблуждений. Например, с легкой руки отдельных членов ЦИК суды считали незаконным извещение о проведении партийной конференции до публикации решения о назначении выборов. Верховный суд развеял это суеверие, которое сильно связывало руки партиям в планировании предвыборных конференций.

А вот отправлять такое извещение по электронной почте нельзя – необходимо убедиться в его получении. Возможно, с Максом повезет больше, но лучше не рисковать и доставить его лично, нарочным.

Обкатанная годами практика снятия с выборов партийных перебежчиков, выдвигающихся от новой партии, не прекратив членства в прежней, нашла отражение в Обзоре. Также сохранены все позиции, касающиеся проверки подписных листов и точного указания сведений о судимости, включая иностранные приговоры.

Повторены прописные истины о сдаче финотчета со справкой из банка. Естественно, отражен и челябинский кейс со сгенерированными ИИ изображениями людей: они остаются под запретом.

Это очень своевременная шпаргалка для партий накануне выдвижения кандидатов, именно эти ошибки были предметом дискуссии в профессиональной среде.
Новое руководство ВС оперативно работает с актуальной повесткой, будь то кейс Долиной или предстоящие выборы в Госдуму.

Однако очень значимый костромской кейс в Обзор не вошел. В Костроме отказали в регистрации списка партии соцзащиты в связи с неизбранием всех делегатов на партийную конференцию. Ранее такие нарушения не считались фатальными, если сохранялся кворум. Костромской кейс ставит перед партиями задачу стопроцентного избрания и явки делегатов, а это весьма сложно даже в границах региона, не говоря о федеральных съездах.

Этот вопрос остался за скобками Обзора, что оставляет некоторый люфт для правоприменителя – в необходимой ситуации норму можно истолковать жестко, и это юридическое сито смогут пройти далеко не все партии, особенно не первого эшелона.

Глава аналитического центра «Политген», член правления РАПК Ярослав Игнатовский - о важности визита президента РФ Владимира Путина в Китай.

Короткий визит Дональда Трампа в Китай, который продлился всего один день вместо трех, многие эксперты назвали провальным. Вместе с Марко Рубио и Илоном Маском американский президент не смог добиться уступок по ключевым вопросам: статусу Тайваня и контролю над редкоземельными металлами, где Китай сохраняет доминирование.
Экономический итог поездки также оказался низким — неясной осталась ситуация с возможными сделками, включая закупку Boeing и продление торгового перемирия. В западной прессе визит уже окрестили «концом эпохи глобального лидерства США», отметив, что Трамп приехал «без карт» и с самого начала занял слабую позицию.

На этом фоне визит Владимира Путина в Пекин 19–20 мая, приуроченный к 25-летию Договора о добрососедстве и дружбе, выглядит как демонстрация тесного партнёрства. Повестка включает углубление сотрудничества и торговлю, объём которой превышает 200 млрд долларов. В Пекине понимают: Путину есть что предложить — от энергоресурсов до технологий в обход санкций. Трамп же привез лишь разговоры и угрозы. Китай делает ставку на долгосрочную ось с Россией для расширения своего влияния на фоне противостояния с США. При этом некоторые китайские компании поддерживают санкционный режим против России, и эта тема также может стать предметом переговоров лидеров.

Бесчеловечные технологии прогнозирования: как современные социологи, исследователи и политические консультанты используют искусственный интеллект

13 мая для членов Ассоциации состоялся вебинар, в рамках которого коллеги презентовали Нейросоциологию – платформу для моделирования поведения респондентов с помощью ИИ-агентов.

С развитием больших языковых моделей появляется возможность моделировать поведение респондентов на основе глубинных интервью, проводить виртуальные фокус-группы, воспроизводящие дискуссию и когнитивные паттерны аудитории и проводить количественные опросы на выборке агентов. Авторы платформы Вячеслав Беляков и Алина Клепикова поделились архитектурой моделирования агентов, обсудили области применения и ограничения метода.

Член РАПК, директор Фонда «Тотальный диктант» Вячеслав Беляков рассказал, что в рамках вебинара модель прошла тест-драйв от участников с жесткими вопросами, давлением, противоречивыми темами и тестом на самосогласованность. «Качественные исследования востребованы в нашей работе всегда, но не всегда доступны. Нейросоциология призвана решить эту проблему, и именно для этого мы будем дальше проводить исследования и развивать её. А коллег приглашаем присоединиться к тестированию», – отметил он. К платформе можно получить тестовый доступ, связавшись с разработчиками.

Вице-президент РАПК Игорь Минтусов поделился впечатлением о представленной модели:

«Мы присутствуем при появлении нового направления, существующего на стыке исследовательской социологии и искусственного интеллекта. Продукт будет востребованным для исследователей на выборах. В него заложены правильные методология и философия, а уровень погрешности ответов, моделируемых ИИ-агентами, зависит от полноты их обучения на основе данных, собранных в коммуникации с живыми экспертами».

Социолог, заместитель председателя ЦКРК РАПК Пётр Королёв отметил:

«В нынешнем сезоне, на фоне федеральных выборов, тема новаций в политической социологии является одной из самых интересных. Исследовательский опыт подсказывает, что противостояния "синтетической" и "живой" социологии нет – ведь ИИ-модели нужно обучать и верифицировать на основе "обычной" социологии. Будущее же “комбинированной” социологии можно считать позитивным».

Член РАПК, управляющий партнёр юридического бюро «Палюлин и партнёры» Антон Палюлин подчеркнул, что видит в качестве направления развития ИИ-социологии обучение агента моделированию психических особенностей, реакций, неврозов и комплексов реального респондента:

«В реальности настроение человека меняется множество раз в день, и принимаемые им решения очень редко являются рациональными. Представители одной и той же социальной группы, воспитывающиеся вместе и имеющие общий социальный бэкграунд, принимают иногда противоположные решения. Многие сугубо индивидуальные суждения, базирующиеся на личном опыте, влияют на глобальные решения в отношении того или иного объекта».

Можно ли верить ИИ на выборах?

Член РАПК, интернет-технолог Захар Рубцов и его еженедельная рубрика:

На этой неделе в обществе вновь заговорили о влиянии нейросетей на выборы. Вернее о том, что по мере роста популярности ИИ, вероятно, искусственный интеллект может стать советником для части избирателей – для тех, кто не зная, кого из кандидатов поддержать на выборах, обратится за ответом к нейросети. И вот что делать в такой ситуации? Что будет советовать ИИ? А учитывая, что сейчас в стране значительная часть людей пользуется иностранными моделями, будут ли существовать механизмы воздействия на эти технологии?

Дело здесь в том, что люди стали чаще спрашивать у ИИ всё подряд: как лечиться, что купить, куда поехать, как поговорить с начальником, как объяснить ребенку математику. И, конечно, было бы странно думать, что вопросы политики останутся в стороне. Если человек всерьёз доверяет ChatGPT и просит за него принимать решения, рано или поздно он спросит: «А за кого мне голосовать?». И, скорее всего, пользователь будет ожидать не список всех кандидатов, а вот прям чёткого совета с упоминанием конкретного кандидата.

Как мне кажется, сейчас перед штабами формируется новый вызов. Происходят большие изменения и нужно успеть к ним адаптироваться. Что я имею в виду? Раньше главная задача была понятна: добраться до человека через СМИ, соцсети, двор, мессенджеры, баннеры и прочее. Теперь, даже если человек увидит этот баннер или наткнётся на информацию о кандидате в соцсетях, он пойдёт выяснять подробности у нейросети. А ИИ уже перескажет, отфильтрует, расставит акценты и, возможно, сделает вывод. То есть штаб обязан работать так, чтобы алгоритмы ИИ видели его работу.

При этом я не хочу сгущать краски, ведь нейросети не начнут массово указывать всем подряд, за кого проголосовать. В то же время они превращаются в достаточно мощный инструмент, на который нужно делать поправку. Для активного избирателя ИИ в помощь, потому что такой избиратель быстрее разберётся в повестке, сравнит позиции кандидатов и выделит для себя наиболее подходящую кандидатуру. Пассивный же может захотеть получить готовую интерпретацию, чтобы принять её за нейтральную правду.

В любом случае, мы должны понимать, если избиратель спросит у нейросети: «Кому верить?», – он получит чёткий ответ. ИИ всегда говорит уверенно даже в тех случаях, когда совершенно не разбирается в теме. Поэтому важно найти рабочие методы, чтобы иметь возможность корректировать этот ответ.

Член РАПК, президент Центра развития региональной политики Илья Гращенков — о предвыборной повестке и риторике партий.
 
На эти выборы партии идут не столько с новыми идеологиями, сколько с попыткой заново «упаковать» старые роли под изменившееся настроение общества. Главная интрига кампании - кто сможет попасть в новый тон. Избиратель устал от крика, запретов, мобилизационных лозунгов и разговора сверху вниз. Поэтому выигрывать будет не самый громкий, а тот, кто предложит понятную картину нормальной жизни.

«Единая Россия» идет как партия управляемости. Ее повестка - стабильность, социальные обязательства, инфраструктура, поддержка участников СВО и их семей, большие государственные программы. Это не новая повестка, но она понятна: партия власти продает не мечту, а гарантию. В тревожное время это сильный ресурс.

КПРФ идет по линии социальной справедливости, советской памяти и критики олигархического капитализма. Новое - попытка добавить к старому левому ядру «рассерженных патриотов»: тех, кто считает, что власть недостаточно жестка, элиты недостаточно наказаны, а ресурсы страны недостаточно мобилизованы. Но это риск. Такая риторика хорошо звучит в активистском Telegram-сегменте, а массовый избиратель чаще хочет не эскалации, а нормализации.

ЛДПР после Жириновского пытается удержать роль партии резкого народного инстинкта. Ее темы - миграция, демография, регионы, справедливость для простого человека, жесткость к внешним и внутренним угрозам. Новое здесь не в содержании, а в попытке сделать стиль Жириновского более институциональным. Но вопрос остается: может ли партия быть шумной и убедительной без своего основателя. Сегодня избыточный шум уже может не мобилизовать, а раздражать.

«Справедливая Россия» идет как партия социального контроля. Пенсии, тарифы, цены, налоги, выплаты, медицина, защита малоимущих - это ее привычное поле. Она конкурирует с КПРФ не через советскую ностальгию, а через поток социальных инициатив. Но когда инициатив слишком много, они начинают выглядеть не как стратегия, а как социальная бухгалтерия. Избиратель слышит: «мы заставим государство больше платить», но не всегда понимает, какую страну партия хочет построить.

«Новые люди» идут с заметной заявкой на обновление языка. Их ниша - не компенсация и не ностальгия, а нормальная современная жизнь: меньше запретов, больше возможностей, предпринимательство, цифровая среда, городская повестка, свобода повседневности. Это не прямая конкуренция с ЕР, а попытка вернуть в политику тех, кто устал от старых партий, но не хочет радикального протеста.

В итоге кампания складывается вокруг пяти разных образов. ЕР предлагает устойчивость. КПРФ - справедливость и ревизию курса. ЛДПР - жесткий народный инстинкт. СРЗП - социальную защиту и контроль. «Новые люди» - модернизацию и повседневную свободу.

Главный дефицит у большинства партий один - образ будущего. Не набор льгот, не перечень запретов, не историческая память и не борьба с врагами, а простой ответ: как будет жить человек через пять лет, если он проголосует именно за вас. Выборы 2026 года могут стать кампанией, где избиратель будет искать не только защиту от плохого, но и надежду на нормальное. Преимущество получит тот, кто соединит стабильность с обновлением, социальную чувствительность с современностью, а патриотизм - с образом спокойной человеческой жизни.

Электоральный юрист, член правления РАПК, к.п.н. Олег Захаров об изменениях в избирательном законодательстве для новой еженедельной рубрики «Электоральные юризмы»:

Прямо перед майскими праздниками были приняты поправки в избирательное законодательство, одна из которых должна оживить предвыборную агитацию на предстоящих выборах в Госдуму. Речь о возвращении в закон возможности использовать узнаваемых лиц в агитматериалах, что должно обрадовать партии, кандидатов и нашего брата – политтехнолога и электорального юриста. Возможности увеличились, работы прибавится.

Этот институт возвращается практически в том же виде, в котором он и существовал ранее: изображение человека можно размещать только при наличии согласия, которое сдается в комиссию вместе с листовкой. Помимо изображения в АПМ, письменное согласие теперь требуется и на голос, озвучивающий предвыборные ролики, его тоже надо сдавать в избирком.

Но использовать изображения или голоса, например, Жириновского или Ленина не получится: это должен быть живой совершеннолетний человек, не имеющий судимости за тяжкие преступления, иностранного гражданства и статуса иноагента. Можно прогнозировать, что это значительно подстегнет креатив в агитации на предстоящих выборах в Госдуму, а листовки и ролики кандидатов наполнятся живыми лицами и голосами.

В поправки о выборах затесалось и кардинальное новшество, касающееся статуса сенатора: его теперь можно совмещать со статусом депутата регионального парламента. Часто бывает, что после избрания сенатора, который был депутатом по округу, а не по списку, приходится проводить довыборы или оставлять это кресло пустым. Теперь федеральный сенатор может одновременно работать и в региональной легислатуре, совмещая две должности.

Поправки облегчают жизнь партиям, которые увлекаются неймингом – частой сменой названий. Например, для Справедливой России актуальна поправка, позволяющая не переделывать свидетельство о регистрации партии с СЗРП на СР, а сразу использовать новое название, указанное в ЕГРЮЛ. Без этой поправки работы у партийных юристов и Минюста в регионах значительно бы прибавилось.

Еще одна поправка уточняет право на бумажный бюллетень при электронном голосовании. Возможность голосовать «бумагой» гарантируется только на территории округа, где проводится ДЭГ, чтобы исключить «электоральный туризм».

Поправки ко второму чтению законопроекта получились совсем не технические: легализация изображений людей в агитации, запрет на голос, двойной статус сенатора, реверанс с документами СР – указывают на желание выстроить интересную, живую избирательную кампанию с минимумом эксцессов.

Член РАПК, продюсер медиапродуктов, Ришат Ярмухаметов – о трансформациях предвыборного креатива.

Сегодня остро нужен креатив, который упаковывает нужные тезисы. Изощренно переписывать содержание - дело неблагодарное, а вот заключить его в форму для потребления нужным поколением или жителями конкретной области или региона - самое то.

Особенно востребованными станут креативы, которые отвечают на вопрос «Что ж делать-то?». Мы исходим из модели, что люди ищут информацию онлайн, чтобы понять жить оффлайн. Прорваться через горе-алгоритмы получится вовлечением. Обычно вовлекают сериалы, ролики, песни, качественно срежиссированные репортажи с событий в сотворчестве с их участниками. Так зрители могут увидеть «похожих на себя» и сценарии из жизни.

Какого креатива не хватает сегодня? Думается, у цеха есть козыри, которые покажут в активную фазу кампании.
Очевидно, избыток AI-контента вернет ламповые инструменты: фото-видео, программные буклеты.
Точно окажутся востребованными высокоточные креативы, которые попадают в конкретную группу людей. Вместо того, чтобы реализовывать один большой спецпроект за огромные деньги, лучше сделать десяток, но под конкретный район города, группу жителей, их чаяния и переживания. Естественно, с терапевтическим и позитивным эффектом.

Политтехнолог, член РАСО Владимир Курков - о дефиците креатива в избирательных кампаниях.

Сегодня востребован креатив, построенный на реальных действиях и уважении к избирателю, а не на их симуляции. Чего не хватает?

Настоящих, а не ритуальных проектов вовлечения. Стандартные форматы вроде сборов наказов или голосований за благоустройство давно стали заезженными. Не хватает комплексных региональных проектов, которые решают конкретные, локальные проблемы и одновременно подчеркивают уникальную местную идентичность. Именно такие инициативы могут качественно вовлечь население и дать реальный электоральный эффект, потому что это лучшее проявление заботы и уважения.

Налицо дефицит эффективной демонстрации результатов. Классический формат «было — стало» все еще работает, но требует апгрейда. Отличный пример — использование ИИ для визуализации проектов в Свердловской области. Судя по реакции в социальных сетях, это тот случай, когда современные технологии вдохнули вторую жизнь в старый формат, сделав результат нагляднее и виральнее. Есть и спорные примеры - в Instagram* распространяются ролики со значимыми историческими событиями и достижениями в спорте с интеграцией партии "Новые люди". С одной стороны есть вовлеченность и охваты, с другой стороны, непонятно, как связаны события 2014 года с партией, основанной в 2020 году.

Также не хватает новых форм диалога с избирателем. Волна «новой искренности» с бесконечными прямыми эфирами прошла. Но запрос на близость кандидата к народу и диалог никуда не делся, он огромен. Просто люди устали от перформансов и ждут содержательного общения. Нужен креатив в раскрытии личности кандидата, который демонстрирует не только эмоции, но и компетентность, эмпатию и готовность слушать.

*принадлежит Meta - корпорация признана экстремистской организацией на территории Российской Федерации

Член РАПК, PR-консультант Лариса Беленкова о проектах социальной архитектуры и политических партиях: кто в теме, а кто нет?

Сегодня можно заметить, что политические партии постепенно отходят от старой логики «агитация ради выборов» и начинают перестраивать свою работу, включая в нее проекты социальной архитектуры. Но на сколько их инициативы вообще соответствуют этой логике?

Если опираться на актуальное определение социальной архитектуры, то такой проект должен соответствовать критериям решения общественно значимой проблемы, формирования позитивных общественных установок и долгосрочности.

Как я вижу, «Единая Россия» наиболее системный игрок в этой модели. Многие проекты существуют десятилетиями: «Крепкая семья», «Историческая память», «Российское село», «Доступная среда». Они встроены в повестку государства, работают на решение конкретных задач и обладают инфраструктурой реализации.

ЛДПР после смены лидера заметно перестроилась на прикладные форматы работы. Проекты «Мне по силам», «Родительский комитет ЛДПР», «Плечом к плечу за русскую Победу», «ЛДПР.Бизнес» работают с конкретными аудиториями и общественными запросами. Пока слабее выглядит критерий долгосрочности: многие инициативы были запущены недавно и требуют масштабирования, превращения в устойчивые институты.

У КПРФ сильнее всего идеологическая и протестная составляющая, чем социально-проектная. Есть культурные и спортивные инициативы: конкурс «Земля талантов», спортивный клуб, премия «Слово к народу». Это полезные форматы, но они не складываются в единую систему общественных изменений.

В то же время у «Справедливой России» есть хороший социальный кейс — Центр защиты прав граждан. Это прикладная инфраструктура помощи людям: ЖКХ, пенсии, льготы, трудовые споры, жилье. Такой формат решает реальные проблемы и формирует доверие. Однако за пределами этой модели остальная проектная линейка выглядит более фрагментарно: премии, молодежные объединения, тематические спецпроекты.

«Новые люди» же показывают, наверное, самую современную социально-проектную логику среди оппозиционных партий. «Я в деле», «Мастер-планы городов», «Жить по-новому», «Второй шанс» можно счесть за попытку создания новых социальных практик. Особенно сильна ставка на молодежь, предпринимательство и городское развитие.

Иными словами, социальная архитектура постепенно становится новым стандартом политики, который требует реализации проектов, способных менять жизнь людей и продолжать работать после выборов. На сегодняшний день ближе всех к этой модели находится «Единая Россия» как системный игрок, а наиболее интересные попытки нового формата демонстрируют ЛДПР и «Новые люди». Справедливой России и КПРФ же предстоит ответить на вопрос времени: готовы ли они вкладывать свои силы и ресурсы не только на выборы, но и на проектирование общественных изменений.

Про кибердружины и защиту молодежи в интернете

Член РАПК, интернет-технолог Захар Рубцов и его еженедельная рубрика:

— В России решили активнее бороться с вредным контентом в интернете, который распространяется среди детей и подростков. Думаю, вы видели новость о том, что разработан план по созданию кибердружин и медиапатрулей. Что это такое? Значит, добровольные отряды должны будут искать запрещённую информацию, деструктивные материалы и сообщать о них в правоохранительные органы.

Кто же это будет делать? Согласно планам, ряды доблестных кибердружинников должны пополнить активные студенты колледжей и техникумов (по крайней мере, так считают авторы инициативы). Ну а организовывать и контролировать всю работу поручат регионам. Они же будут ежегодно отчитываться в Минпросвещения и Минобрнауки.

И вот идея вроде бы понятная: раз алгоритмы соцсетей не всегда успевают фильтровать контент (а всякого мусора там действительно сейчас может быть предостаточно, одни мошенники чего стоят), пусть молодёжь сама помогает чистить интернет. Тем более такая работа проводилась и раньше. Ещё в прошлом году президент говорил, что в кибердружинах состоит около 60 тысяч «закалённых бойцов». Они мониторят соцсети, мессенджеры и форумы, ищут опасный контент и передают данные куда надо.

Но, конечно, появляется вопрос: а насколько это эффективно? Школьники и студенты будут вручную «патрулировать» страницы и отсматривать огромные объёмы контента в мессенджерах и соцсетях? А разве современные нейросети с такой задачей не справятся гораздо быстрее и точнее? Просто выглядит так, будто мы, вместо того чтобы развивать технологии, пытаемся закрыть проблему по-старинке человеческими ресурсами. Да, возможно, это будет гораздо дешевле, но не факт, что эффективнее.

В итоге эти кибердружины – да, попытка защитить детей. Но, убеждён, без серьёзных технологий (а у нас ведь есть разработки в ИИ), умных фильтров и модернизации алгоритмов площадок этот проект рискует остаться эффективным больше на бумаге, чем в реальности. А хотелось бы, чтоб вместо красивых отчётов мы получили качественную точечную защиту в интернете. Тогда, глядишь, и замедлять ничего не придётся.

Член РАПК, директор АНО «Цифровые системы» Вячеслав Сатеев - о феномене технологий, попадающих в массовое использование:

"Улица находит собственное применение для вещей" -  W. Gibson, «Граф Ноль». Это не про митинговую улицу — это про закон среды. Технология, попадая в массовое использование, начинает работать не так, как задумано разработчиком или регулятором. Замысел остаётся в проекте, а применение прорастает само.

Дуров и накрутки. 1 апреля Z-блогер Картавых запустил в своём TG-канале опрос «За какую партию вы бы проголосовали» — около 198 тысяч участников. Сам заметил аномалии, и обратился к Дурову.
Дуров ответил. 6 апреля Telegram выпустил апрельское обновление мессенджера версии 12.6 с переработанной механикой опросов: перемешивание ответов, таймер, скрытие результатов, запрет повторов. Платформа закрыла одну из ходовых техник низового политтеха одним апдейтом.

Венгрия, 12 апреля. Парламентские выборы. По данным Vox Harbor через Reuters, в Telegram зафиксировано 628 тысяч однотипных постов в поддержку Fidesz. Серия AI-роликов: AI-Депп говорит по-венгерски, Tisza Мадьяра с налогом на собак, AI-сцены с фон дер Ляйен. Бюджет беспрецедентный. Орбан проиграл 138/199. Анализ показывает: кампания шла в Telegram, который в Венгрии на третьем месте - после Facebook и TikTok. Инструмент работал не там, где живет аудитория.

AI слоп стал новым языком мировой политике. Еще в прошлом году Белый Дом опубликовал в X фразу, ставшую программной: «Нигде в Конституции не сказано, что мы не можем постить banger memes».
В апреле
• Трамп публикует AI-картинку себя в образе Иисуса
• демократы массово распространили AI-сгенерированную фотографию якобы спящего Трампа за столом Resolute Desk. как доказательство недееспособности
• Иранский аккаунт Akhbar Enfejari выпускает серию AI-видео в стиле Lego: иранец «жарит» американские самолёты. Миллионы просмотров. Государственные иранские СМИ репостят.
• локальные праймерис в США - фестиваль AI - Шортслив в Массачусетсе делает AI-радиоролик с голосом губернатора Хили. Сенатор Корнин в Техасе атакует конгрессмена Ханта AI-роликами с померанским шпицем. Исполком республиканцев в Вирджинии монтирует AI-куски в видео губернатора Спанбергер. Технология опустилась с уровня федеральных GOP до уровня county-комитетов.
В то же время AAPC проводит исследование о доверии: появление AI-дисклеймера на политическом ролике создаёт измеримый эффект недоверия — даже если AI в ролике не использовался.

Иногда улица находит инструменту неожиданное применение, иногда не находит никакого, потому что инструмент изначально построен мимо неё.

15 апреля КПРФ запустила платформу «Народный кандидат» — собственный аналог ПГ ЕР. Цель заявлена амбициозно: каждый гражданин может проголосовать «за» или «против» кандидата КПРФ в своём одномандатном округе, оставить наказ, предложить свою кандидатуру. Итоги будут учтены съездом партии в июне. Партия намерена выдвинуть кандидатов по всем одномандатным округам страны.

Лендинг с  «народным» голосованием за единственного в каждом округе кандидата. Формы без капчи и без валидации. Никакой типизации, что говорит о том, что собранные данные дальше никому не нужны. Никакой авторизации, гарантирующей, что голосует именно избиратель этого округа.

Улица не нашла применения  потому что это симулякр: производит KPI-отчёты, не производит политики. На рынке, который рассказывает про блокчейн, ИИ-аватаров и нейросетевую аналитику, это не отставание — это выбор.

На этом фоне 21 апреля Госдума, а 29 апреля Совет Федерации одобрили закон об ограничении использования ИИ-изображений и голоса людей в агитации. Закон запрещает дипфейк-агитацию без согласия изображённого. Это первый российский закон, прицельно адресующий AI-slop в политическом поле.

Российский законодатель здесь не догоняет и не опережает — движется в общем такте мировой регуляторной волны: ЕС AI Act с полной силой 2 августа, Бразилия TSE с запретом ИИ-контента 72 часа до и 24 после голосования 4 октября.

Будущее по-прежнему здесь, по-прежнему распределено неравномерно.

Заказчики vs исполнители: нейросетевая неразбериха дошла до России

Член РАПК, интернет-технолог Захар Рубцов и его еженедельная рубрика:

— Внедрение ИИ для оптимизации рабочих процессов – штука достаточно полезная. Я довольно часто рассказываю, на примере опыта нашей команды в Gosapp Digital, как мы применяем искусственный интеллект для автоматизации. Есть, условно, ряд рутинных задач, которые отнимают человеко-часы – вот под эти цели у нас разработаны продукты на базе ИИ, забирающие на себя ту самую рутину. Но здесь тонкая грань между тем, чтобы отдавать нейросетям монотонные процессы, и поручать им глобальные задачи (типа планирования стратегий и прочего).

Недавно наткнулся на любопытную новость о том, что компании (в том числе и в России) всё чаще стали судиться с работниками из-за использования ИИ. Условно, заказчик просит выполнить задачу, а исполнитель целиком реализует проект в нейросетях. И, с одной стороны, ничего такого в этом нет – 2026 год на календаре, технологии действительно могут очень многое. Но участились случаи, когда исполнитель (скорее всего, из-за нехватки компетенций) не проверяет результаты генераций и отдаёт откровенно сырой продукт. Итог: в суды начинают поступать иски от компаний, которые хотят взыскать убытки за некачественную работу.

Правда, использование ИИ в трудовых договорах обычно никак не прописано, поэтому и доказать вину исполнителя здесь крайне трудно. Мол, сами приняли плохой результат – виноваты тоже сами. Если же смотреть на ситуацию шире, то такая картина вполне ожидаема. Зачастую новые технологии используются хаотично, в стиле «вот мы и дорвались». Например, как это сейчас произошло в Нижегородской области, где Минздрав запретил медперсоналу ставить эмодзи в выписках пациентов. Как пишут в медиа, врачи при заполнении протоколов использовали нейросеть типа ChatGPT. На это тут же обратили внимание и закономерно поставили под сомнение качество медицинских заключений.

Вполне вероятно, в скором будущем появятся механизмы по контролю качества. Они будут отделять ИИ-мусор от реальных продуктов, а ценность работы настоящих спецов вырастет. И это важно, ведь одно дело, когда исполнитель просто написал нерабочий код программы, а совсем другое – когда оказываются услуги, например, по юридическим или тем же медицинским консультациям.

Политолог, руководитель платформы «Дигория», директор Центра социальной архитектуры Государственного университета управления Заурбек Хугаев - о политизации современной молодежи.

Если в 14-18 лет школьники проходят через выборы в органы школьного самоуправления, избираются в молодежный парламент, или же входят в состав молодежной избирательной комиссии, то это дает им уникальный опыт и навыки: они впервые берут на себя ответственность за выбор людей, учатся видеть связь между сегодняшним решением и его последствиями через пять-десять лет, формируют у себя и у своих ровесников культуру осознанного выбора.

Всё это впоследствии защищает их от внешних манипуляций уже на «взрослых» выборах, потому что они еще до совершеннолетия научились выбирать не тех, кто богат или известен в социальных сетях, а тех, кто представляет их интересы и эффективно решает существующие проблемы.

Молодой человек, который прошел через эту школу, уже не соглашается на роль пассивного наблюдателя и идет в те сферы, где может стать соавтором действительности. Именно из этой привычки и рождается способность ставить амбициозные цели на длинный горизонт планирования, не передоверяя этот горизонт никому извне.
Без молодежи, которая является носителем культуры осознанного выбора, невозможно вырастить настоящих государственников — тех, кто не мыслит политическими циклами и не думает только о собственных интересах, а мыслит и действует так, чтобы результаты его работы выходили за пределы его собственной жизни.
К сожалению, многими эта работа воспринимается как ненужная песочница, но на самом деле это один из лучших способов заложить фундамент устойчивого развития страны и стабильности политической системы на многие десятилетия вперёд.

Член РАПК, управляющий партнер компании «Деловая репутация» Сергей Вепренцев - об «обязательном минимуме» актуальных кампаний.

Главная и самая массовая новация — это тотальное внедрение ИИ в избирательные кампании. Партии используют нейросети для генерации агитационных роликов, изображений, текстов и даже цифровых «кандидатов», несмотря на отсутствие устоявшейся правоприменительной практики и растущее число споров вокруг маркировки такого контента. Фактически ИИ стал новым «обязательным минимумом» кампаний — от федерального до муниципального уровня.

КПРФ пытается адаптировать под себя механики внутрипартийной мобилизации и запустила проект «Народный кандидат КПРФ» по аналогии с праймериз «Единой России». Однако пока инструмент выглядит скорее как имитация конкурентной процедуры: уровень вовлечения и прозрачности заметно уступает прототипу. Тем не менее, сам факт заимствования говорит о признании эффективности праймериз как электоральной технологии.

«Новые люди» тестируют нестандартный цифровой маркетинг, вдохновленный индустрией гемблинга и арбитража трафика. Партия интегрируется в вирусный контент и мем-культуру, в том числе в запрещенных соцсетях, стараясь нативно «вшивать» политический бренд в развлекательную среду. Это рискованная стратегия с точки зрения регулирования, но пока ни одна другая партия не решилась масштабно ее повторить.

Классический формат «было–стало» получил новую визуальную жизнь благодаря коротким таймлапс-видео и клиповому монтажу. В Свердловской области «Единая Россия» активно демонстрирует инфраструктурные изменения через динамичные ролики, адаптированные под соцсети. Судя по отклику аудитории, такой формат воспринимается легче традиционных отчетных материалов и лучше удерживает внимание.

Отдельный тренд — попытки кандидатов закрепиться в новой платформе Мах, несмотря на высокий порог входа. Для полноценного присутствия требуется регистрация в реестре РКН и наличие аудитории от 10 тысяч подписчиков, что создает искусственный барьер для новых лиц. В результате платформа становится одновременно «обязательной витриной» и закрытым клубом, доступным далеко не всем участникам кампании.

Член РАПК, управляющий партнер агентства «Бианки и партнеры» Валентин Бианки - о логике губернаторских ротаций в актуальных условиях.

Подход к отставкам не сильно меняется уже более 10 лет. В 2017 я придумал метафору про чашу терпения. Чаша терпения президента в отношении каждого губернатора постепенно наполняется, приближая главу региона к отставке. При этом мы не можем знать, что конкретно станет последней каплей. Все эти годы ключевой фактор приближения отставки – коррупция в губернаторском окружении. Другой сценарий – карьерное продвижение. Например, за два года два губернатора стали федеральными министрами, один - полпредом.

Губернаторы - понятный кадровый резерв для федеральных должностей. Причем, как мы видим, это регулярный сценарий для чиновника среднего звена - набраться опыта в регионе, а потом получить какой-то федеральный пост.

Выборы в Госдуму - стресс-тест для губернаторов и повод для ротаций как федеральных, так и региональных. Так что уверен, что мы увидим ротации в составе ВДЛ и до, и после сентября.

ИИ идёт в школы, больницы и госуправление. Что из этого получится?

Член РАПК, интернет-технолог Захар Рубцов и его еженедельная рубрика:

— На прошлой неделе я уже рассказывал о том, что Владимир Путин поручил правительству сформировать национальный план внедрения ИИ с прицелом на то, чтобы к 2030 году технологии охватили все ключевые отрасли. И вот, спустя всего неделю, Рособрнадзор успел отчитаться: в ведомстве изучают возможность использовать нейросети для проверки ЕГЭ. Правда, тут же уточнили, что задания с кратким ответом компьютер научился обрабатывать полностью, а вот развёрнутые и творческие части пока проверяют живые эксперты.

Теперь же предлагаю пофантазировать, ведь ЕГЭ – один из очевидных примеров, в котором применение искусственного интеллекта достаточно логичный шаг. Рутинная проверка по чётким критериям, большой объём работы, необходимость в единообразии. В общем, идеальные условия для автоматизации. Но такая же логика может работать и, например, в медицине: анализ снимков, расшифровка кардиограмм, первичная сортировка симптомов. Да и российские стартапы в медицинском ИИ уже несколько лет показывают вполне неплохие результаты. Вопрос здесь не в том, умеет ли это делать ИИ – он умеет. Вопрос, как выстроить процесс, чтобы алгоритм по-настоящему помогал врачу, а не вносил хаос.

Пригодиться нейросети могут также в госуправлении. Например, разгребать колоссальные объёмы бумажной работы, обрабатывать обращения граждан. Потенциал действительно огромный, поскольку ИИ отлично справляется с рутинными задачами и освобождает специалистам время. На мой взгляд, опять же, главная задача во всей этой истории – как именно внедрять технологии. Потому что подводных камней здесь по-прежнему много. 

В одной из прошлых публикаций я рассказывал о случае с ИИ-фильтрами для книжных издательств. Когда алгоритм запустили быстро, а он начал проверять книги на предмет упоминания запрещённых веществ и маркировал слова типа «героиня». Как мы видим, нужна адекватная настройка и подгонка. Именно поэтому позиция того же Рособрнадзора «изучаем, но торопиться не будем», на самом деле выглядит разумнее, чем кажется на первый взгляд. Лучше позже и точно, чем быстро и криво.

15–16 апреля: Семинар РАПК для представителей внутриполитического блока Пензенской области

Новый формат был впервые запущен Ассоциацией в рамках проекта «Академия РАПК». В течение двух дней эксперты прорабатывали с участниками семинара навыки по работе с ценностными нарративами, реализации антикризисных мер в публичных коммуникациях и мобилизации сторонников в условиях технологических ограничений.

О задачах избирательного цикла текущего года и особенностях проведения кампании на территории региона участникам семинара рассказали заместитель председателя правительства Пензенской области Павел Маслов и председатель избирательной комиссии Пензенской области Александр Синюков. В семинаре приняли участие депутаты Государственной Думы от Пензенской области Игорь Руденский и Дмитрий Каденков.

С лекциями и докладами выступили представители Ассоциации:
Член Правления РАПК, политический консультант Андрей Максимов,
Член Правления РАПК, руководитель агентства «Прямой контакт», автор и ведущий подкаста «ЦЕХЪ» Антон Вертунцов,
Член Правления РАПК, политический консультант, директор по маркетингу «Добро.РФ» Александр Назаров,
Член РАПК, советник управления Президента РФ по вопросам мониторинга и анализа социальных процессов Дарина Горячева,
Член РАПК, политтехнолог Дарья Алиева,
Член РАПК, политтехнолог Василий Смердов.

В реализации программы участие приняли представители АНО «Диалог Регионы». Во второй день семинара член РАПК Ирина Минеева провела деловую игру, в рамках которой участникам предстояло оперативно реагировать на негативные инфоповоды, связанные с публичным образом политика.

Семинар проведен Ассоциацией совместно с Правительством Пензенской области и Институтом регионального развития Пензенской области. Модератором мероприятия выступил член Правления РАПК, директор аналитического центра «Политген» Ярослав Игнатовский.

В рамках семинара удалось сформировать практический инструментарий для проведения кампании, укрепления общественной и политической стабильности в регионе. Желаем команде внутриполитического блока региона слаженной и эффективной работы в рамках текущего и предстоящих электоральных циклов!